Карпушина Н. М. “Любимые книги глазами математика”

Аннотация

На страницах художественных книг нашли отражение многие математические идеи и понятия. Какие вопросы математики и почему затрагивали в своих произведениях известные писатели? Какие задачи приходилось решать героям Дж. Свифта, Л. Кэрролла, Ж. Верна, М. Рида, Дж. Лондона, А. Конан Дойла, А. Пушкина, Ф. Достоевского, А. Чехова? Успешно ли они справлялись с этими задачами? Насколько были правы в оценках и точны в расчетах сами авторы – люди, зачастую далекие от математики?Помимо любопытных наблюдений, зарисовок и примеров в книге содержится более ста оригинальных занимательных задач на сюжеты, заимствованные из популярных литературных произведений. Часть задач и примеров была опубликована в журнале «Наука и жизнь» в 2008—2010 годах. Книга адресована всем, кто любит математику и литературу, независимо от возраста.

Карпушина, Н. М. Любимые книги глазами математика : занимательные задачи и познавательные истории для взрослых и детей / Н. М. Карпушина ; отв. ред. Е. Л. Лозовская. – [2-е изд., испр. и доп.]. – Москва : Наука и жизнь, 2017. – 163, [5] с. – (Библиотека журнала “Наука и жизнь)

Шифр: ББК   22.1 К 26
Местонахождение -к/х

 

МАТЕМАТИКА И ЛИТЕРАТУРА

 

Человек, читающий что попало, редко может похвастаться глубиной своих знаний. Никто не станет обременять свою память мелкими подробностями, если на то нет достаточно веских причин. А. Конан Дойл. Этюд в багровых тонах К математике можно приобщаться по-разному. Одни увлечены самой математикой. Другие изучают науки, использующие ее достижения. Третьи осваивают профессии и виды деятельности, в которых не обойтись без математических знаний. Математику не оставляют без внимания и те, чей круг интересов относится к гуманитарной сфере, кто занимается историей, философией, лингвистикой, искусством. А уж в житейских ситуациях к ее помощи прибегает каждый. Изучение математики начинается в школе, однако знакомство с ее идеями происходит гораздо раньше. Один из важных источников, доносящих их до ребенка, — детская литература. Помните, как в сказке Григория Остера «Зарядка для хвоста» попугай пытался объяснить слоненку, который раскладывал орехи на две кучки, чем «много» отличается от «мало»? Думаете, они просто играли? Нет, сравнивая число орехов в кучках, они осваивали азы арифметики. Подобных примеров имеется предостаточно, и не только в детских книжках. К тому же в истории литературы известно немало случаев, когда сочинения для взрослых со временем переходили в разряд детской и юношеской классики. Важно то, что в произведениях, созданных в разные эпохи и в разных жанрах — от литературной сказки до детектива и научной фантастики, нашли отражение математические идеи и понятия. Писатели включали их в повествование с различными целями и излагали с разной степенью доступности и узнаваемости. Взять, к примеру, Жюля Верна и Льюиса Кэрролла. Первый в своих романах популяризировал научные знания и подавал их читателю в готовом виде, стараясь не упускать подробностей, вплоть до формул и вычислений. Второй в сказках о Стране чудес и Зазеркалье лишь приоткрывал дверь в удивительный мир математики и вел тонкую интеллектуальную игру, предлагая читателю изящные загадки. Пока один подробно излагал решения задач, другой пытался разъяснить суть математических идей и понятий. Конечно, не все авторы упоминали о математике ради нее самой. Так, Джонатан Свифт, описывая в «Путешествиях Гулливера» вымышленные миры лилипутов и великанов, попросту не мог обойтись без геометрии: ему то и дело приходилось сравнивать размеры, площади и объемы подобных фигур. Наконец, у некоторых авторов имеется лишь намек на какую-то математическую идею, в их сочинениях она могла появиться случайно. Об этом косвенно свидетельствуют несоответствия и ошибки, допущенные писателями, — не всегда очевидные, однако привлекающие внимание. На страницах многих произведений, рассчитанных на взрослого читателя, появление математики было закономерным. Достаточно вспомнить творения русских классиков: в них описывается повседневная жизнь героев, в которой всегда находилось место математике. Яркий пример тому — разного рода процентные расчеты, выполняемые многими персонажами. Довольно полно отражена в художественной литературе тема азартных игр, в частности карт и рулетки, весьма популярных в XIX столетии. На ее примере можно познакомиться с теорией вероятностей, или наукой о случайном. Не меньшего внимания заслуживают старые русские меры длины. Вышедшие из употребления рукотворные мерки (вершок, пядь, аршин и пр.) часто упоминаются в сочинениях классиков и фольклоре. Трудно отыскать более подходящий и доступный, проверенный временем проводник любого рода идей, чем художественная литература во всем ее многообразии. Как же пройти мимо и не воспользоваться ее потенциалом для того, чтобы с юных лет приобщить читателя к математике? Литературные примеры опровергают расхожее суждение, будто математика — сухая, малопривлекательная и оторванная от жизни наука, интересная разве только самим математикам. Они рассказывают о ее многочисленных гранях и проявлениях так просто и увлекательно, как не расскажет ни один школьный учебник.

 

Отрывок из книги

 

ВЫДУМКА ПАГАНЕЛЯ

 

Героям романа Жюля Верна «Дети капитана Гранта» довелось посетить затерянный в Индийском океане остров Амстердам. Вот каким тот предстал перед путешественниками: «6 декабря первые лучи солнца осветили гору, как бы выходящую из недр морских. Это был остров Амстердам… В восемь часов утра неопределенные очертания острова стали напоминать общий облик Тенерифе. — Он очень похож и на Тристанда-Кунья, — заметил Гленарван. — Основательный вывод, — отозвался Паганель. — Он вытекает из геометрографической аксиомы: два острова, подобные третьему, подобны и между собой». Конечно, геометрографическая аксиома — всего лишь курьезная выдумка Жака Паганеля (вполне в его духе!), однако за ней скрывается конкретный геометрический факт, по-своему истолкованный ученым-географом. Что это за факт?