Галумов, Э.А. Имидж против имидж

Галумов, Э.А. Имидж против имиджаГалумов, Э.А. Имидж против имиджа / Эраст Александрович Галумов. – М. : Известия, 2005. – 552 с. – ISBN 5-206-00655-6


Индекс ББК: 66.2(2Рос)
Авторский знак: Г16
Сигла хранения: к/х

В поисках формы.
Специалист по связям с общественностью и созданию образов Э. А. Галумов подготовил очередной, заслуживающий самого пристального внимания труд по теории и методологии представления противоборствующих субъектов политического процесса в образах. Уже сам первоначальный этап формирования облика субъекта политики, связанный с поиском его идентичности, имеет ключевое значение для всего последующего бытия этого субъекта. Еще важнее разобраться в том, как складывается его облик в конкурирующем взаимодействии с другими субъектами политического процесса. Самоидентификация и дальнейшая презентация (репрезентация) субъекта политики, происходящие в осознаваемом им и доступном ему информационном пространстве, – это, пожалуй, наиболее важная часть политического процесса, наиболее важный класс политических технологий.

Помимо этого есть лишь такие частные виды деятельности, как принятие решений (включая уяснение интересов, целе-полагание и выработку стратегии), организация и управление процессом их осуществления (включая выбор и самовыдвижение субъектов-исполнителей, определение форм, средств и способов). Но все эти более общие или преимущественно частные виды политической деятельности доступны лишь осознавшему себя субъекту политического процесса, сформировавшему свой образ и образы тех, на кого направлена его предметно-преобразующая активность.

Автор книги совершенно верно понял сущность человека как особым образом организованной мыслящей материи, выделяющей себя из окружающего мира прежде всего этой уникальной формой организации с помощью информации. Собственно говоря, главное в человеке – это уникальным образом структурированная информация. Через нее – информацию, “упакованную” в те или иные образы, – развивается не только политический процесс, но и само Бытие (материальное в опосредованном виде и идеальное – в самом непосредственном). Ибо онтологически идея, дух – сугубо информационны. Но информация – лишь один из атрибутов Бытия, хотя и важнейший. Бытие – предельно общее понятие, абсолютно универсальная категория. И это открытие Парменида не сможет оспорить никто и никогда. Никакой отдельный – пусть даже важнейший – атрибут не в состоянии исчерпать всей полноты Бытия.

Возможно, этим и стоит ограничиться, воздержавшись от критики информациологических теорий академика Юзвиши-на, явившего миру очередной пример физического редукционизма. Этот первоисточник с его информационами, инфор-мациологическими константами и сублиматами лишь усугубил и без того небезупречный стиль книги Э. А. Галумова, сверх всякой меры перегруженной иностранными словами, выдаваемыми за термины… Это, безусловно, не способствует восприятию содержания, если только читатель не является таким же интеллектуальным хулиганом, как и автор.

Но так уж было задумано! И приводимые многочисленные отзывы пользователей рунета, сетующих на иностранизмы, заемную терминологию и т. п., лишь подтверждают сознательный выбор г-ном Галумовым – блестящим манипулятором и шоуменом – такого стиля изложения.

Образ самого автора угадывается в некоторых “лирических” отступлениях. Он представляется “генералом фаустовского денежного мышления”, энергия и инициатива которого (мышления), помноженная на железную волю и дерзкие мечты, подняла людей, преобразовала планету (уточним: в пределах ее и с участием других представителей “генералитета”), “обеспечила, поступательное и непрерывное развитие техногенной цивилизации – пусть через пот, кровь и слезы”.

Впрочем, это вчерашний день героя, вознесенного ныне в заоблачные выси. Люди, менее преуспевшие в формировании нужного образа и его продвижении в умы себе подобных, смотрят на титана-небожителя как на недосягаемого полубога, на которого уже никто не стремится быть похожим: “…уж слишком это трудно, а труд больше не в чести.

Информацию о “высших” формируют невежественные папа-рацци, подчеркивающие полулегендарно-полужелтым ореолом и захлебывающимися икотическими интонациями слабую связь “титанов” с земной реальностью, ибо в замочную скважину видно только парение сильных мира сего”. Такой образ закрепляет дихотомию титанов духа и консьюмерной массы с ее “ущербной инсулярностъю сознания”. Увы, в та-ком авторском противопоставлении третьего не может быть.

Как воспринимать все это? Спокойно. Преодолевая нагромождения чужеродных слов и прорываясь к смыслу, скрытому под многослойными пластами пустой породы. Не обращая внимания на культурные провокации типа “потреблятской психологии”. Книга Галумова во многом провокационна, она подталкивает к размышлению, зачастую к неприятию, возражению. Но именно это и нужно автору. Простим же ему его эпатирующее желание быть во что бы то ни стало замеченным. Важно то, что он уже так или иначе сделал, стимулируя интерес научного сообщества к проблеме соотношения формы и содержания субъекта социального бытия, проблеме самоидентификации этого субъекта, осознания им спасительной перспективы эволюции от человека фаустовского к человеку гераклитовскому.

Иногда в тексте сквозит отдаленность автора-небожителя от основной массы населения страны. Тут манипулятору Галумову изменяет чувство меры и осторожности. С одной стороны, у него русские люди (россияне) несут в себе идеалы православной соборности, а державность – важнейший соци-умный приоритет, который от поколения к поколению не теряет своей актуальности и составляет одну из базовых основ российской ментальнсти. Не менее важная основа – традиция русского эгалитаризма, органично присущая коллективистско-общинной психологии. В связи с этим Э. А. Галумов справедливо полагает, что имиджмейкерам следует учитывать и приводить в соответствие индивидуальные устремления, общественные ожидания и государственные интересы.

С другой стороны, автор утверждает: устойчивая тенденция к росту эгалитарно-революционных настроений объясняется тем, что в индивидуальном сознании оценивается не общая экономическая ситуация, а личные достижения или провалы. Но российская ментальность как раз не очень-то отделяет успехи государства от успехов людей, которые себя с ним связывают. Самоустранение государства из сферы управления социально-экономическими процессами, бес-контрольное перераспределение некогда общенародной собственности в пользу некоторых наиболее предприимчивых людей порождают у основной массы населения куда большее недовольство и разочарование, нежели их личный неуспех в переделе собственности. Да и сам автор пишет о “многовековой коллективистской доминанте национального сознания россиян”!

Эраст Александрович вновь проявляет себя в роли “небожителя”, когда заявляет, что “в сознании общества очень медленно, но все же изменяется прежнее представление о власти как об антагонистическом интересам граждан социально-социумном институте”. Между тем государство сегодня как никогда далеко от того, чтобы называться социальным. Увы, оно не является таковым ни в индивидуальном, ни в общественном сознании. И чтобы понять это, не надо даже выяснять общественное мнение по поводу монетизации льгот, предстоящей реформы Жилищно-коммунального хозяйства или сокращения сроков исковой давности по приватизационным сделкам с десяти до трех лет.

Мое отношение рецензента к автору вряд ли можно назвать беспристрастным. Напротив, это весьма неравнодушное, требовательное отношение, результатом чего и явился критический анализ творения Э. А. Галумова, выполненный с особым пристрастием. Но именно это и дает мне право отметить научную смелость автора, взявшегося за исследование чрезвычайно актуальных проблем соотношения формы и содержания политического процесса, взаимосвязи различных, порой вступающих в острый конфликт, форм в их информационно-образной ипостаси.

Многообразны противоречия, отделяющие одни формы от других и одновременно связывающие их друг с другом. Примеры такой противоречивости приведены автором в третьей главе книги, содержащей самые разные и зачастую очень далекие формы представления или образы, имиджи России, бытующие в зарубежных средствах массовой информации. Они явно не стыкуются с теми образами, которые формируем мы, граждане России, о собственной стране. Вероятно, в процессе сложного противоборства образов у кого-то пытливого складываются иные образы. Кто-то другой довольствуется тем первичным образом, который ему успели преподнести прыткие имиджмейкеры.

Книга Галумова позволяет задуматься над процессом формирования образов, чтобы стать активным творцом окружающей действительности, а не пассивным реципиентом предлагаемой кем-то картины мира. Отправляясь на поиски формы, Э. А. Галумов предлагает и нам принять участие в этом увлекательном путешествии, заметно обогащающем отечественную политическую культуру. В добрый путь!

С. Модестов
доктор философских и политических наук

Содержание

Оставьте свой отзыв