Время волшебных историй

Волшебные истории могут увлечь взрослого человека ничуть не меньше, чем ребёнка. Может даже оказаться, что сказки для взрослых гораздо важнее и нужнее, потому что в череде одинаковых будней, вечных тревог, постоянной спешки и забот, мы совершенно забываем о чуде, которое окружает нас. Остановитесь на минутку и переведите дыхание!

 

Аллен, С. Э. Садовые чары / пер. с англ. И. Тетериной. – М. ; СПб. : Эксмо : Домино, 2009.

Шифр: ББК   84(7Сое)6 А 50
Местонахождение -х/аб

Аннотация:

В саду за высокой оградой стоит фамильный дом Уэверли. Среди прочих чудесных растений в этом саду есть яблоня, которая дает совершенно особенные яблоки — считается, что они помогают предсказывать будущее. Да и всех женщин Уэверли можно назвать совершенно особенными. Они обладают необычными талантами. Клер может из любого цветка, из любой травы, растущей в ее саду, приготовить такое кушанье, что пальчики оближешь. Старая тетушка Эванель делает людям неожиданные подарки, смысл которых открывается гораздо позже. А вот каким талантом может похвалиться Сидни, младшая сестра Клер, пока неясно. Она только что вернулась домой после долгого отсутствия, вернулась туда, где надеется обрести душевный покой. Но тени прошлого тянутся следом, напоминая о том, от чего она бежала без оглядки…

Отрывок из книги

 

Какие бы еще придумать для себя дела, пока не начнутся занятия?

Надо бы не забыть развесить себе напоминалки о том, что нужно есть. Да, сегодня же, а не то он забудет. Он прилепит их на холодильник, на диван, на кровать, на комод.

Фонарь над задним крыльцом освещал дворик — совсем маленький, никакого сравнения с соседским. Два двора разделял железный забор, увитый жимолостью. С тех пор как Тайлер вселился в этот дом, он уже дважды стаскивал с этого забора местных ребятишек. Они сказали, что лезли за яблоками со старой яблони; Тайлеру это показалось глупостью, ведь в кампусе Орионовского колледжа росло не меньше полудюжины отличных яблонь. Зачем перебираться через трехметровую изгородь, если можно прогуляться до кампуса? Так он и сказал ребятишкам, но они посмотрели на него с таким видом, как будто он сморозил несусветную чушь. Это особая яблоня, сказали они.

Он прошелся вдоль изгороди, полной грудью вдыхая терпкий аромат жимолости. Подошва его задела что-то твердое, он опустил глаза и обнаружил, что наступил на яблоко. Затем его внимание привлекла дорожка из яблок, тянувшаяся к небольшой кучке у самой изгороди. На землю шлепнулось еще одно яблоко. До этого яблоки никогда не падали на его участок. Черт, со своего двора он даже не видел саму яблоню.

Тайлер подобрал маленькое румяное яблоко, обтер его о рубаху и откусил кусок.

Он медленно двинулся обратно к дому. Завтра он соберет яблоки в какую-нибудь коробку и отнесет их Клер, вот что он сделает. Будет предлог увидеть ее еще раз.

Вполне возможно, он снова гоняется за призраками.

Ну и черт с ним.

Если берешься за что-то, доводи до конца. Последнее, что он помнил, это как он поднялся на верхнюю ступень заднего крыльца.
А потом ему приснился поразительный сон.

 

Гейман, Н. Звездная пыль / [пер. с англ. А. Дубининой]. – Москва : АСТ : АСТ Москва, 2008. – 254 с.

Шифр: ББК   84(4Вел)6 Г 29
Местонахождение -х/аб

Аннотация:

Романтическая история, случившаяся в «Волшебной Стране» — повесть о приключениях простого юноши Тристрана и девушки-звезды Ивейн.Юноша по имени Тристран отправляется на поиски упавшей с неба звезды для своей возлюбленной. Только он и не подозревает, что эта звезда – молодая девушка с весьма дерзким характером. И становиться подарком для другой она не собирается. Вместе с нашим героем они оказываются в водовороте приключений, в мире, полном самых удивительных созданий.Эта сказка для взрослых стала бестселлером и вдохновила режиссера Мэттью Вона на создание одноименного фильма с участием Роберта Де Ниро, Мишел Пфайффер и Клэр Дэйнс.

 

Отрывок из книги

 

Они пошли по широкому лугу по направлению к палаткам.
– Вы бывали здесь прежде? – спросил джентльмен.
– Да, я ходил на прошлую ярмарку, девять лет назад. Я тогда был совсем мальчишкой, – признался Дунстан.
– Что же, – сказал его арендатор, – тогда вы помните, что нужно держаться вежливо и не брать никаких подарков. Помните, что вы здесь только гость.

Сегодня я собираюсь заплатить вам то, что задолжал за жилье. Понимаете ли, я поклялся это сделать. Все мои дары долговременны: этот будет принадлежать вам, и вашему первенцу, и первенцу вашего первенца, независимо от пола… Этот дар будет действовать на протяжении всей моей жизни.
– И что ж это такое, сэр?
– Как, вы забыли? Мечта вашего сердца, конечно, – ответил джентльмен в цилиндре. – Мечта сердца, именно так.

Дунстан слегка поклонился ему, не зная, что сказать. Они медленно шли меж рядами палаток и навесов.
– Глаза, кому глаза? Меняем ваши старые на наши новейшие! – выкрикивала крохотная женщина. Прилавок перед ней был уставлен бутылями и колбами, полными глаз всех форм и цветов.
– Мечи судьбы! Жезлы власти! Кольца вечности! Карты фортуны! Заворачивайте к нам, не пожалеете!
– Бальзамы и мази, зелья и панацеи!

Дунстан замер у прилавка, уставленного крохотными хрустальными вещицами. Он рассматривал прозрачных зверьков, размышляя, не приобрести ли одного для Дейзи Хемпсток. Юноша осторожно взял в руки хрустального котенка, в длину не больше пальца. Вдруг фигурка моргнула обоими глазами, и Дунстан от неожиданности уронил ее; но зверек перевернулся в воздухе и, как настоящий котенок, приземлился на четыре лапы. После чего отбежал на край прилавка и принялся вылизываться.

Дунстан зашагал дальше по переполненному рынку.

 

Моргенштерн, Э. Ночной цирк / пер. с англ. Яны Рапиной. – Москва : АСТ : CORPUS, 2019. – 422, [1] с.

Шифр: ББК   84(7Сое)6 М 79
Местонахождение -х/аб

Аннотация:

Странствуя по миру, то здесь, то там открывает свои двери Le Cirque de Reves – работающий от заката до рассвета “Цирк сновидений” с парящими без страховки акробатами, мистическим лабиринтом и волшебным садом, с фокусником, превращающим свое облачение в птицу, и гадалкой, которая действительно умеет предсказывать будущее. Этот цирк появляется и исчезает без предупреждения, и везде его сопровождают преданные поклонники – мечтатели в отмеченной красным цветом одежде. Но под завесой волшебства и чуда скрывается тайна – двое юных магов соревнуются в мастерстве, даже не догадываясь, что только один из них сможет выйти из этого соревнования живым…

 

Отрывок из книги

 

Вывеска на воротах белыми буквами на черном фоне гласит: «Открываемся после заката, закрываемся на рассвете».

Что это за цирк, который работает только по ночам? — задаются вопросом горожане. Никто не знает ответа, однако к вечеру у ворот собирается внушительная толпа зрителей.

Конечно, ты тоже здесь. Любопытство, как ему и положено, одержало над тобой верх. В сгущающихся сумерках ты прячешь подбородок в шарф, надеясь укрыться от прохладного ночного ветерка. Тебе хочется собственными глазами увидеть, что же такое этот цирк, открывающийся только после захода солнца.

Билетная касса, что виднеется за воротами, еще заперта, на окошко опущена решетка. Цирк неподвижен, разве что полотнища шатров слегка колышутся на ветру, да стрелки часов описывают круги, отсчитывая минуты, хотя вряд ли этот скульптурный шедевр вообще можно назвать часами.

Цирк кажется заброшенным и опустевшим. Однако в вечернем ветре, напоенном свежестью осенних листьев, тебе чудится еле уловимый аромат карамели. У наступающей прохлады появляется сладковатый привкус.

Солнце окончательно скрывается за горизонтом, и последние закатные лучи бледнеют под натиском сгущающихся сумерек. Устав от ожидания, люди в толпе переминаются с ноги на ногу и вполголоса ворчат, что взамен этого сомнительного развлечения надо бы поискать местечко потеплее, где они смогут скоротать вечер. Ты и сам уже собираешься уйти восвояси, как вдруг что-то происходит.

Сначала до тебя доносится тихий звук, почти неразличимый сквозь шелест ветра и гул толпы. Так начинает шуметь чайник перед тем, как закипеть. Затем загорается свет.

То здесь, то там над шатрами вспыхивают тысячи искр, словно на цирк опускается рой необычайно ярких светлячков. Толпа, едва завидев свет, замирает в предвкушении. Рядом раздается восторженный вздох. Ребенок радостно хлопает в ладоши.

Когда сияние озаряет все шатры, на фоне ночного неба загорается надпись.

Прятавшиеся до той поры в изгибах решетки, вверху на воротах вспыхивают новые светлячки. Разгораясь все сильнее, некоторые выпускают в воздух снопы белых искр и струйки дыма. Люди в первых рядах поспешно отступают на несколько шагов.

Сначала кажется, что огни вспыхивают беспорядочно, но чем больше их становится, тем увереннее они образуют знакомые буквенные очертания. Вот появляется С, затем другие буквы: почему-то q  и несколько е.  Наконец вспыхивает последняя лампочка, искры и дым рассеиваются, и светящуюся надпись уже можно различить. Слегка подавшись влево, чтобы лучше видеть, ты читаешь: Le Cirque des Rves.

Часть лиц в толпе озаряется понимающими улыбками, остальные в растерянности вопросительно оглядываются по сторонам. Маленькая девочка рядом с тобой тянет мать за рукав, чтобы та прочла ей, что написано в небе.

«Цирк Сновидений», — слышится в ответ, и детское личико светится от восторга.

Кованые ворота, словно сами по себе, вздрогнув, лязгают засовами и распахиваются, приглашая зрителей внутрь.

Цирк открыт.

Теперь ты можешь войти.

 

Белянин, А. О. Ночь на хуторе близ Диканьки : роман / Андрей Белянин. – Москва : Альфа-Книга, 2016. – 314 с.

Шифр: ББК   84(2=Рус)6 Б 44
Местонахождение -х/аб

Аннотация:

Старая рукопись, купленная по случаю на антикварном рынке, оставила по прочтении слишком много вопросов…На что способны двое друзей – кузнец и гимназист? Действительно ли ведьма может красть звёзды? Как успокоить разбушевавшихся русалок? Чем отличается польский чёрт от украинского? Легко ли сбегать в пекло и обратно? Как поймать нечистого за хвост? Что курят запорожские сечевики на отдыхе? Можно ли за одну ночь слетать от Диканьки до Санкт-Петербурга за обувью от царицы? И самое главное: кто на самом деле автор знаменитых сказок? В смысле тот ли он, за кого себя выдает?…

 

Отрывок из книги

 

Папка была очень старой, кожаной, потрескавшейся от времени, а записи, которые она хранила, были куплены мной… даже не знаю зачем? Вот привязался на воскресном рынке какой-то полубомж, в крепком подпитии ещё с половины восьмого утра, то ли цыган, то ли немец[1], то ли ещё невесть какой чертяка с явно выраженным малороссийским акцентом, на голубом глазу уверяя меня, что «слухал про пана писателя, так шо вот оно вам тогда буде щиро интересно!», и всучил-таки мне за сто рублей эту разваливавшуюся древность.

Правда, когда через пять минут я проверил карманы, оказалось, что дал тому ушлому типу не сто, а тысячу целковых. Как?! Настроение резко упало, поскольку до дома мне теперь предполагалось идти пешком, ибо «панов писателей» любого уровня известности даже в нашей скромной провинции ни один таксист даром не возит. А тут ещё и дождь, чтоб его, проклятого, нашёл же время пролиться!

То есть в подъезд я ввалился уже практически мокрым насквозь, пряча под рубашкой злополучную покупку. Так у нас ещё и лифт отключили-и-и! Пешком на восьмой этаж!

Дома первым делом бросился в душ, потом налил большую кружку крепкого чая с малиной, удобно уселся в кресле, развязал верёвочки на папке и…

Господи боже, каково же было моё удивление, когда с первых страниц, чуть ли не рассыпающихся в моих руках, полилась певучая украинская речь и замелькали знакомые названия: Диканька, Миргород, Сорочинцы, почудился запах свежего сала с чесноком, аромат горилки с перцем, послышался перестук царицыных черевичков, а за окном разлилась дивная гоголевская ночь!

И пусть даже сейчас всё ещё до конца не понимая, чьи путевые заметки попали мне в руки, я попытаюсь рассказать эту историю вам. Другим языком и другим словом, и уж тем более не дерзая говорить от первого лица, а лишь скромным взглядом стороннего наблюдателя. Итак, пожалуй, начнём с того, что его звали Николя?…

 

Гофман, Э. Т. А. Эликсиры сатаны – Ижевск : Квест, 1993. – 464 с. – (Антология готической прозы).

Шифр: ББК   84(4Гем) Г 74
Местонахождение -х/аб

Аннотация:

Эрнст Теодор Амадей Гофман (1776-1822), задумывая свои “Эликсиры сатаны”, собирался показать, как он сам писал, “на примере причудливой, удивительной жизни человека, над которым силы небесные и демонические властвовали еще с рождения, все таинственные связи человеческого духа с высшими принципами”. Получился “роман-головоломка, роман-ребус. Или, если угодно, роман – система зеркал, где никто и ничто не существует в единственном числе, и все повторяется, отражается одно в другом”.

Монах Медард, от имени которого Гофман рассказывает душераздирающую историю, не может противостоять искушению отведать дьявольский эликсир, который пробуждает в нем самые низменные страсти – вплоть до убийства и кровосмесительства. Все подробно описанные ужасы стилизованы под популярный в то время готический роман, однако местами явно пародируют его. В этом Гофман определенно опередил свой век, словно заглянув в наши дни, когда “ужастики” стали привычным развлечением для массового читателя. Для всех, кто “любит бояться”, “Эликсиры сатаны” – один из шедевров-первоисточников.

 

Отрывок из книги

 

Наконец он вынул из надежно запиравшегося шкафа ларец и сказал:

– Здесь, дорогой мой брат Медард, содержится самая удивительная и самая таинственная из всех достопримечательностей нашего монастыря. За все время моего пребывания в обители только я да приор держали в руках этот ларец; о его существовании не подозревают ни братья, ни посторонние лица. Всякий раз я прикасаюсь к нему с душевным трепетом, словно в нем заключены злые чары, скованные и лишенные силы могучим заклятием, – но если они обретут свободу, то навлекут погибель и вечное осуждение на человека, коего они настигнут!.. Знай же, что содержимое этой шкатулки принадлежало самому Врагу-искусителю в те времена, когда он еще мог в зримом образе противоборствовать спасению человеческих душ.

В крайнем изумлении смотрел я на брата Кирилла, а он, не давая мне времени вставить хоть слово, продолжал:

– Я ни за что не стану, милый брат мой Медард, высказывать свое мнение о столь высокомистическом предмете… и не буду излагать домыслы, какие порой приходят мне в голову… а лучше всего как можно точнее передам тебе все, что говорится в бумагах об этой достопримечательности. Они хранятся в этом шкафу, и ты впоследствии прочтешь их сам.

 

Майклз, Б. (1927-2013). Призрак Белой Дамы / [пер. с англ. Д. Ш. Евгеньева]. – Москва : Центрполиграф, 2003. – 224 с. – (Готический роман).

Шифр: ББК   84(7Сое)6 М 14
Местонахождение -х/аб

Аннотация:

Юная Люси Картрайт становится наследницей громадного состояния. Ее тетка-опекунша ненавидит племянницу и стараясь повыгоднее ее «продать», насильно выдает замуж за мрачного красавца барона Клера. После свадьбы молодые переезжают в родовое поместье барона. Люси готова полюбить мужа, но тот всячески избегает ее. Постепенно к чувству одиночества и обиды примешивается страх — Люси все чаще замечает загадочную женскую фигуру в белом. Местная легенда гласит, что это призрак Белой Дамы, являющийся всем женщинам семейства Клер перед смертью…

 

Отрывок из книги

 

Я взглянула на узкие окна и заметила толщину старых стен.
— Поэтому дом был выстроен, как крепость?
— Да, — кивала миссис Эндрюс. — Первый барон всю жизнь прожил в страхе, однажды его подстерегли в засаде и чуть не убили. После этого он заперся в этих стенах и уже никогда не выходил наружу. Говорят, он стал скрягой и каждую ночь ходил по залам, проверяя запоры на окнах и дверях, и караулил свое зарытое золото.
— Должно быть, он стал одним из семейных привидений. Трудно и представить себе более подходящую фигуру для этой роли.
— О да, — повеселев, согласилась миссис Эндрюс. — Как вы поняли, миледи, это одна из легенд, до которых так падки суеверные люди. Говорят, он гуляет до сих пор, и свет его факела можно увидеть снаружи через оконные проемы. По крайней мере, он не касается жилой части дома.
Она хихикнула, а я сказала, пытаясь подстроиться под ее непринужденность (все-таки безрадостный день, темная зала и этот страшный портрет наводили на мысли о призраках).

 

Корсакова, Т. Лабиринт медузы . – Москва : Эксмо, 2019. – 346, [6] с. – (Королева мистического романа).
Шифр: ББК   84(2=Рус)6 К 69
Местонахождение -х/аб

Аннотация:

Ника едва выжила после нападения и осталась в кромешной темноте, лишившись зрения. Но судьба приготовила и другой сюрприз – внезапно объявившуюся бабушку, живущую у моря, на вилле Медузы. Теперь Нике придется пройти по лабиринту, полному интриг и зависти. Найдет ли она свою путеводную нить?

Отрывок из книги

 

На берег Никс вышла другим человеком. Нет, не человеком! Хватит обманываться! Она не человек! Она – дитя Медузы! Она сама Медуза, она может одаривать и может карать. Отныне у нее осталась лишь одна-единственная дочь. Девочка с золотыми кудрями, которые рано или поздно превратятся в золотых змей. Девочка, которая не должна повторять ошибок своей матери. Не должна любить и доверять никому, кроме моря. Никс ее научит! Нет, она не станет швырять свою девочку со скалы в воду, не будет жестокой и нетерпеливой. Ее дочь научится быть Медузой без слез и страданий. Никс не повторит ошибок старухи, но молчать о самом главном она тоже не станет. Дочерям Медузы нельзя любить. Их любовь убивает. Любовь убивает их. А морю потом приходится хоронить отрезанные головы…

 

Гари, Р. Чародеи  / пер. с фр.: Е. Павликовой, М. Иванова. – СПб. : Симпозиум, 2002. – 400 с.

Шифр: ББК   84(4Фра)6 Г 20
Местонахождения: х/аб

Аннотация:

Середина двадцатого века. Фоско Дзага – старик. Ему двести лет или около того. Он не умрет, пока не родится человек, способный любить так же, как он. Все начинается в восемнадцатом столетии, когда семья магов-итальянцев Дзага приезжает в Россию и появляется при дворе Екатерины Великой.

Отрывок из книги

 

Венецианская республика ко всему, что касалось развлечений, относилась легко, но серьезного не прощала. А тут еще оказалось, что мой предок не то случайно, не то под воздействием какого-то врожденного порока правдивости — пагубного для иллюзионистов, — вместо того чтобы морочить голову своим клиентам, стал предугадывать события, действительно потом происходившие. Так он напророчил исчезновение шестнадцати галер, потопленных турецким флотом на рейде Кандии; катастрофическое падение цен на пряности, вызванное конкуренцией португальцев; великую чуму 1707 года и все несчастья, которые из года в год обрушивались на Венецианскую республику. Отсюда недалеко и до обвинения в ответственности за все эти происшествия — всего один шаг, и правительство не замедлило его сделать, стремясь, как водится, отыскать для народа козла отпущения. Деда Ренато, казалось, ждал печальный конец, но именно чутье и спасло его от всех неприятностей. В одну прекрасную лунную ночь, когда он в ночном колпаке, надвинутом на глаза, уже засыпал под тремя этажами пуха и приятно ласкал слух Морфея первыми всхрапываниями, он вдруг увидел себя висящим на фонаре в одной из тех зловещих клеток, в которых умирали от голода и холода враги республики. Вздрогнув и проснувшись от этого малоприятного видения, мой дед завопил, выскочил из постели, схватил свою дорожную сумку, обезьянку Абрахама и мощи святых Иеронима, Марка, Киприана и Святой Девы, которые были изготовлены по его просьбе в Кьодже для продажи паломникам, открыл окно и по крышам добрался до Риальто, где смог проникнуть на барку с вестфальским сукном и доплыть до Удины. Кочуя с ярмарки на ярмарку, он попал в Дрезден, там ему повезло: он нанялся цирюльником к флейтисту Жан-Мари Додлену, который отправлялся к российскому двору. В стране, где свет блистал умением сплетничать, дед Ренато быстро выдвинулся и, обладая даром импровизации и той гибкостью, которой наш род славился испокон веков, вошел в моду, повсюду представляясь как «философ, усердный читатель небесных знаков и доктор Болонского университета по всем областям знаний». Эти любопытные титулы я привожу из дневника московского купца Рыбина, который неоднократно отзывается о дедушке с восхищением, а однажды, после учебного сеанса, посвященного предсказанию будущего, восклицает: «Какие чудесные плоды упали к нашим ногам с древа познания благодаря ветру разума, дующему с Запада!»