Тропами Заратустры: 175-летие со д. р. Ф. Ницше

С 18 ноября по 2 декабря 2019 года на научном абонементе экспонируется выставка: «Тропами Заратустры», посвященная 175-летию со дня рождения Фридриха Ницше. На ней представлено 18 книг, некоторые из них предлагаем Вашему вниманию.

«Заблистать через триста лет – моя жажда славы».
Ф. Ницше

 

Гарин, И. И. Ницше. – Москва: Терра, 2000. – 844 с.

Фридрих Ницше  – мыслитель, моралист, филолог, поэт, визионер, харизматический человек. Он не просто первопроходец философии жизни, поставивший человека в центр философствования, но модернист, сформулировавший идею «переоценки всех ценностей» – плюрализма, прагматизма, динамичности истины. Ницше стоит у истоков философии XX века, воспринявшей у него основополагающую мысль: истина не есть нечто такое, что нужно найти, а есть нечто такое, что нужно создать.

Среди многих сбывшихся пророчеств трагического гения – слова, произнесенные Заратустрой: « И когда вы отречетесь от меня – я вернусь к вам».

Философия – это мир. Великий философ – творец мира. Никто, как Ницше, не призывал с таким отчаянием к бегству в царство свободы интеллекта и никто с такой силой не почувствовал, что наступающий век несет с собою нечто новое и ужасное, что старая эпоха отмирает, а в ее предсмертных конвульсиях родятся тоталитарные режимы XX века. Это – национализм в Германии и большевизм в России: «Грядет время, когда будут вести борьбу за господство над землей – её будут вести во имя фундаментальных философских учений».

Конечно же, Ницше – провокационный писатель. Но модернизм всегда провокация, борьба с современной культурой, вызов ей. Без «безумных идей» невозможно движение вперед – то, что в свое время сознавали лишь одиночки, ныне стало трюизмом.

В философии Ницше за абсурдами и несуразностями, за его эпатажем, позой, фразой, игрой, декларациями, несправедливостью кроется детская чистота, инфантильный вызов, юношеская запальчивость, психологическое изгойство. Вот почему истину Ницше следует искать не в выхваченных из контекста фразах, а в подтексте, символах, процессе мышления.

Философия Ницше – это раскрытие внутреннего мира Ницше. По словам Лу Саломе, подобно тому, как отвлеченные систематики обобщали свои собственные понятия в законы мироздания, так Ницше отождествлял свою душу с мировой душой.

Как говорил К. Ясперс:

«Ницше – это мир. Нужно знать обстоятельства его жизни, его друзей, его ландшафты, все, что окружало его и превращалось для него в миф, то целое, из которого вырастают его видения и его мысли…»

На эти вопросы и отвечает данная книга. Издание будет интересно всем любителям философии и неравнодушным к жизни и творчеству Фридриха Ницше.

 

 

Галеви, Д. Жизнь Фридриха Ницше : пер. с фр. / Даниэль Галеви ; отв. ред. и авт. вступ. ст. А. Л. Симанов. – Новосибирск : Наука, 1992. – 216с.

 

Ф. Ницше – выдающийся философ, один из основателей «философии жизни», оказавший большое влияние на развитие философской и политической мысли Европы начала XX столетия.

 

Французский биограф рассказывает о судьбе Ницше – судьбе не только философа, но и человека. Опираясь на документальные материалы, воспоминания современников, автор сумел не только показать философскую эволюцию Ницше, но и проникнуть в его духовный мир, выявить глубокую связь между философией Ницше и его личностью.

Кем только не был Ницше! Как только не называли его философские взгляды! От певца упадка и гибели человечества, духовного отца фашизма до провозвестника нового свободного человека и свободного человечества – таков диапазон характеристик философа-поэта, одного из самых трагических философов в истории цивилизации.

Философия Ницше – это прежде всего философия индивидуума, но не индивидуалиста. Философские поиски Ницше – это поиски морали для свободного человека на пути разрушения традиционных ценностей, ориентация на которые разрушает человечность, личность, а в конечном итоге и самого человека.

Принцип воли к власти – основной динамический принцип философии Ницше. Он управляет развитием человека и мироздания. Отсюда жизнь есть абсолютная реальность, и она постижима из себя самой, и человеческая душа, человеческий интеллект порождены жизнью и включены в нее. И признание естественности души в жизни, их слитности с мирозданием выглядит вполне логичным в контексте поисков. Тогда и безумие философии Ницше предстает не иррациональным, а вполне естественным в предпринимаемых философом попытках выявить определяющее в развитии личности через принцип воли к власти, управляющий миром и человеком, особенно если этот принцип толковать так же широко, как это делает Ницше.

По Ницше, воля к власти – это не просто стремление к господству сильного над слабым, но и стремление сделать слабого сильным. Слабость относительна и определяется, с одной стороны, положением человека среди других людей, а с другой – степенью самопознания личности. Личность свободна и сильна, если она осознает себя личностью, которая может поступать и поступает в соответствии с этим осознанием. Но осознание не только индивидуально, оно еще социально и исторично.  И только при выполнении всех этих условий мы имеем действительно свободного и морального человека, живущего в свободном и моральном обществе.
Книга рассчитана на всех интересующихся историей философии и культуры.

 

Данто, А. Ницше как философ / пер. с англ. А. А. Лавровой. – Москва : Идея-Пресс : Дом интеллектуальной книги, 2000. – 279 с.

Современному российскому читателю предстоит познакомиться с книгой, которая во многих отношениях окажется для него неожиданной. Если он станет ориентироваться на одно лишь название, то неизбежно будет предполагать, что автор более или менее полно изложит основные философские идеи многогранного творчества Ницше. И в самом деле, как хорошо было бы получить удобный комментарий к непростым текстам немецкого мыслителя, которые у нас теперь издаются повсеместно! Однако таким ожиданиям вряд ли суждено сбыться.

В случае с книгой Артура Данто мы имеем дело с весьма специфической позицией автора. Она существенно отличается во  многом привычного для нас германоязычного типа историко-философского исследования, лучшими образцами которого для современных исследователей до сих пор являются труды К. Фишера и В. Виндельбанда, содержащие подробное изложение взглядов того или иного философа, сопровождающееся детальным воспроизведением культурно-исторического фона и взаимосвязей с другими философами эпохи.

Вместе с тем данная книга имеет ценность не только как детальное теоретическое исследование, но и как Сочинение полемическое. Дело в том, что к 50-м гг. в США уже сложилась своеобразная парадигма восприятия и толкования философии Ф. Ницше, а также его личности. Эта парадигма была создана стараниями немецкого эмигранта, профессора Принстонского университета Уолтера Кауфмана, который пропагандировал европейскую экзистенциалистскую философию среди американцев.
Книга А. Данто обозначила очень важный поворотный момент в восприятии философии Ницше в США. В противовес кауфмановской психологической и даже религиозной трактовке, Данто предпринял характерное для англо-американской философии аналитическое исследование аргументов Ницше. Он открыто показал как сильные стороны этого философа, так и слабые, указал на нестыковки и противоречия в его аргументации. На этом основании некоторые сторонники иного подхода к философии Ницше сочли эту книгу “неконструктивной”. Вопреки подобной позиции книга в целом имела очень хорошую прессу, она до сих пор влиятельна, на что указывает ее переиздание в 1980 г. Надо надеяться, что современный российский читатель оценит ее по достоинству.

Сам Данто вполне определенно обозначает свою позицию:

“Я – аналитический философ. Я считаю это правильным стилем философствования и продолжаю его практиковать. Этот стиль дал мне четкое представление о структуре мысли, в которой элементы соединены почти как части анатомического строения организма, и для меня это прекрасный образ мышления”.

Книга будет интересна философам и специалистам, изучающим творчество Фридриха Ницше.

 

Марков, Б. В. Человек, государство и Бог в философии Ницше / Борис Марков. – Санкт-Петербург: Владимир Даль: Русский Остров, 2005. – 788 с. – (Мировая Ницшеана).

В книге анализируются сочинения Фридриха Ницше в контексте философии XIX века, осуществляется реконструкция, сравнение и анализ наиболее интересных сочинений о Ницше, написанных в XX веке, исследуются перспективы использования проектов Ницше для сохранения жизнеспособности современного общества.

Ницше озвучивал скрытые сомнения, именно поэтому его читали и проклинали одновременно. Хуже того, сами его сочинения были «прорежены» и превращены, говоря языком Фуко, в «диспозитивы власти». Возникает вопрос, почему Ницше прочитывался на фашистский манер. Важно понять, почему лишь немногие воспринимали его идеи как предостережение против опасных тенденций прикрытия зла лозунгами гуманизма и пацифизма.

То, что Ницше называл «большой политикой», не имеет ничего общего с общепринятым понятием политического. Он противопоставлял свою точку зрения прежде всего тем методам, которые использовал Бисмарк для сборки немецкого рейха. Если бы к ней прислушались, возможно, Европа не пережила бы две страшные мировые войны.

Нередко философию Ницше, как и романы Де Сада, понимают как призыв к безумному пиру во время чумы. Действительно, если ужасный конец неотвратим, то следует хладнокровно и эгоистично, не думая о страданиях других, воспользоваться оставшимися возможностями для получения удовольствия. Но зачем тогда писать толстые книги, рассчитанные на то, что их будут читать другие.

Ницше хотел доказать право человека говорить и даже совершать зло. За криками осуждения его произведений как-то забылось главное – не некое сатанинское (изначальное или метафизическое) зло. Стратегии зла многообразны, настолько многообразны, что даже самые мягкие добряки не могут его избежать. Скорее всего, Ницше искал, так сказать, наименьшее зло.

Революционные выступления, террор и войну Ницше предлагал заменить большой политикой, которую он определял в понятиях культуры. Большая политика – это, прежде всего культурная политика, в выборе которой важную роль играет философия. Искусство, и особенно музыка, обладает огромной пластифицирующей силой. Возможно, оно является наиболее эффективной символической антропотехникой современности.

Ницше – сложный автор, и его мало просто читать. Парадокс состоит в том, что все написанное им сохранилось, но от этого проблем с интерпретацией его наследия, кажется, не меньше, чем если бы рукописи отсутствовали. Не только в Германии, но и в России продолжаются историко-философские и филологические дискуссии о Ницше.

«Ты противоречишь тому, чему учил вчера. Это потому, что вчера – не сегодня», – отвечал Заратустра.

Книга заинтересует всех любителей философии и творчества Фридриха Ницше.

 

Ницше: pro et contra : антология / отв. ред. Д. К. Бурлака. – Санкт-Петербург : РХГИ, 2001. – 1075 с. – (Русский путь).

Цель сборника – представить русский образ Ницше, каким он был воспринят и вошел в отечественную культурную традицию на заре XX века. Книгу составляют эссе маститых российских философов и писателей рубежа XIX-XX столетий, ставших классикой отечественного ницшеведения. В антологии собраны различные, порой противоположные, подходы, оценки и интерпретации творчества немецкого философа.

Так удивительно сложилась «русская судьба» немецкого философа Фридриха Ницше, что спустя более ста лет после знакомства отечественной публики с его сочинениями он вновь стал одним из самых читаемых авторов в России на рубеже XX – XXI веков. Табу на наследие немецкого философа сохранялось в Советской России в течение более полувека. Вплоть до середины 1980-х официальный режим продолжал видеть в Ницше идеологического врага и воплощенное зло западного империализма, милитаризма и агрессии.

Однако процесс «возвращения» творчества Ницше чреват серьезными проблемами с возможными долгосрочными осложнениями.

Как и в далеком прошлом, в современных оценках и подходах к творчеству философа нет единства: для одних исследователей Ницше – освободитель, искатель истины, разрушитель устаревших и никуда не годных мифов, защитник идейного плюрализма. Другие, напротив, видят в нем антипода русской христианской идеи, воплощение безбожного своеволия и упадка западной духовности, вредное влияние чуждого россиянам менталитета. Серьезное место в современных спорах о Ницше занимает проблема культурной идентичности и национальной судьбы.

Публикуемые в данном сборнике работы принадлежат «золотому веку» российской ницшеаны, который пришелся на последнюю декаду XIX столетия и полтора десятка лет между началом XX века и Первой мировой войной.

Данная антология является продолжением проекта «Ницше и философия в России». Включенные в данный том эссе известных писателей рубежа XIX-XX столетий, – важное свидетельство времени. Знакомство с русской традицией прочтения текстов Ницше, той богатой палитрой интерпретаций его творчества, которая была представлена в печати век назад, необходимо как для уяснения содержания самой философии Ницше, так и для достоверной реконструкции историко-культурной атмосферы той эпохи, во многом определившей интеллектуальную эволюцию и духовные ориентиры россиян в XX веке.

Книга адресована философам, историкам культуры и всем тем, кто интересуется духовными исканиями конца XIX-начала XX веков.

 

Фридрих Ницше. Наследие и проект = Friedrich Nietzsche. Legacy and prospects = Friedrich Nietzsche. Erbe und Perspektiven : [сборник статей] / сост. и ред. Ю. В. Синеокая, Е. А. Полякова ; пер. А. Г. Жаворонков, И. М. Полякова. – Москва : ИД ЯСК, 2017. – 820, [1] c.

Фридрих Ницше, без сомнения, одна из самых ярких, но и самых провокационных фигур в истории философии. Он сам оценил свое значение, назвав себя динамитом и прибавив при этом, что он никогда не высказывал ни одной мысли, которая не компрометировала бы его лично, а значит, и его читателей. И неважно, будь то негодование или восторг, патетическое восхваление или столь же патетическое отвержение – в любом случае читатель Ницше выставит себя в сомнительном свете, а его реакция выдаст его потаенные желания, страхи и надежды.

Такой тип философской провокации, безусловно, опасен. Как может быть безопасным динамит? Последствия игр с огнем непредсказуемы. И Ницше не приходится жаловаться на недоразумения и недопонимание его трудов, если сам же он утверждал, что хочет оставаться непонятым и неузнанным. Тем не менее сегодня мы можем сказать, что все-таки нечто поняли о нем, по крайней мере, мы поняли, как его не надо читать — его не надо читать как идеологическое напутствие, как памфлет или как проповедь. Прочтения такого рода слишком очевидно ведут не просто к искажениям его наследия, но к утверждениям и оценкам, прямо противоположным тем, которые соответствовали вкусу самого Ницше. Достаточно вспомнить печальную историю его присвоения идеологией национал-социализма в Германии, как, впрочем, и увлечение идеями Ницше на заре социалистической эры в России. Мыслитель, прямо говоривший о своем презрении к болтовне об отечестве, о том, что он не знает более грязного животного, чем антисемит, и более плоской идеологии, чем социализм, оказался втянутым в политические игры, к которым он не имел никакого отношения. Всем сегодня известна история фальсификации его «главного» труда — «Воли к власти», представляющей собой не более чем текстологически весьма сомнительную компиляцию набросков, черновиков и конспектов. Ссылка на этот «труд» Ницше сегодня считается неприемлемой в среде научного ницшеведения. Он интересен только как этап в истории рецепции его идей.

Но даже если принять во внимание все обстоятельства, как, например, намеренное искажение наследия Ницше, все же придется признать, что не всякий мыслитель может быть не понят до такой степени. Усилия ницшеведов последних десятилетий устранить недоразумения, конечно, нельзя назвать тщетными. Понадобилось чуть менее ста лет, чтобы отвергнуть идеологически плоские интерпретации текстов Ницше, и никак не менее, чтобы увидеть в них нечто большее, чем литературную игру. Философское переосмысление наследия Ницше было бы невозможно без серьезной издательско-филологической работы.

Цель трехъязычного сборника статей — рассказать о проблемах ницшеведения начала XXI столетия. Тридцать четыре философа из тринадцати стран, работающие в ведущих университетах и научно-исследовательских центрах России, Европы и Америки, обсуждают влияние творчества Ницше на мировую культуру, спорят о том, какие идеи немецкого мыслителя оказались наиболее востребованы в XX веке. Они поднимают вопрос об ответственности Ницше за идеологию национал-социализма, высказывают свои суждения о том, что его идеи могут привнести в философию XXI столетия.

Вопросы, обращенные нами к наследию Ницше, это и вопросы, обращенные к нам самим. И важнейший из них заключается в том, что значит для нас Ницше сегодня, что дал он нам, чему мы научились у него. Быть может, сегодня нам не следует быть его последователями в том прямом и плоском смысле, когда последователь просто развивает и подтверждает мысли, высказанные до него. Быть может, нам нужно критически взглянуть на его открытия и для этого занять позицию недовольства и подозрительности по отношению к ним, то есть ту самую позицию, которую сам он занимал по отношению к ценностям Запада.

Хотя Фридрих Ницше и жил давно, но некоторые мысли его по-прежнему актуальны и в наши дни:«Когда ты будешь ценить то, что у тебя есть, а не жить в поиске идеалов, тогда ты по-настоящему станешь счастливым».

Приглашаем всех желающих посетить эту выставку на абонементе научной литературы (2-10 М).