Что почитать (сентябрь, 2018)

Обзор книг, поступивших в фонд библиотеки:

  • Паин, Э. А. Нация и демократия. Перспективы управления культурным разнообразием;
  • Российский либерализм: идеи и люди;
  • Свободные люди : диссидентское движение в рассказах участников;
  • Макарова, Ю. Б. Собибор: хроника восстания в лагере смерти.

 

Паин, Э. А. Нация и демократия. Перспективы управления культурным разнообразием / Эмиль Паин, Сергей Федюнин ; [Комитет гражданских инициатив ; Фонд "Либеральная миссия"]. – Москва : Мысль, 2017. – 265 с. – (Свобода и Право). – Библиогр. в подстроч. примеч. – ISBN 978-5-244-01197-5.

Шифр ББК: 66.3(2Рос),5 П 12
Местонахождение в библиотеке: С253854-к/х; С253855-н/аб

Аннотация:

На протяжении всего XX и в начале XXI в. происходило тестирование идеи нации. Неоднократно ставился вопрос: нужна ли нация ныне? Многие интеллектуалы провозгласили наступление «постнационального мира», а национальную организацию общества — окончательно устаревшим принципом. Не соглашаясь с этой позицией, авторы настоящей книги подчеркивают, что синтез либерализма и демократии невозможен без связующего их звена — гражданской нации. Последняя понимается как согражданство и воплощение принципа народного суверенитета, т.е. как общество, овладевшее государством для реализации общественных и в этом смысле национальных интересов.

Сегодня мы видим, что в раздробленных по этническому и племенному признаку странах Азии и Африки демократия не приживается. В России, где становление политической нации осложняется воспроизводством имперского синдрома, а национальное единство имитируется, демократические институты весьма неустойчивы и фрагментарны. В странах Евросоюза и США проявившийся на рубеже тысячелетий кризис национально-гражданской идентичности («восстание элит» и «популизм масс») тесно связан с эрозией демократических принципов, усиливающей политические позиции неопопулистов. Авторы предлагают сравнительный анализ особенностей национально-политических тенденций в России и Европе перед лицом общих вызовов, прежде всего роста культурного разнообразия и миграции.

Книга может представлять интерес как для ученых в области социальных наук и лиц, принимающих решения, так и для широкой публики.

Введение (фрагмент)

Структура книги построена следующим образом. В первой, теоретической, части мы обращаемся к академическим и общественно-политическим дискуссиям с двойной целью: во-первых, показать необходимость сложного взгляда на идею нации и феномен национализма (глава 1), а во-вторых, разобрать основные аргументы, выдвигаемые противниками и критиками нации, чтобы затем обосновать сохраняющуюся ценность этой ключевой идеи в современном нам мире (глава 2).

Вторая часть книги посвящена изучению трансформации современных обществ в условиях нарастающего культурного разнообразия, их социального усложнения и символической фрагментации. В главе 3 мы предпринимаем попытку обрисовать контуры новой концепции, именуемой «управление культурным разнообразием». Эта теоретическая концепция, которую мы, в частности, противопоставляем традиционной в постсоветской России парадигме «национальной политики», призвана снабдить исследователей аналитическими оптиками, позволяющими «схватить» указанные социальные изменения. В четвертой главе на примере миграционного кризиса 2015—2016 годов в странах Европы мы поговорим о новых моделях управления, которые вытекают из смены парадигмы восприятия культурного разнообразия и связаны в первую очередь с поддержкой гражданской кооперации и инклюзивной национальной идентичности, с более внимательным учетом социально-экономических последствий миграции и усилением координации между различными «отраслевыми» политиками: этнической, конфессиональной, миграционной, интеграционной, культурно-образовательной. В главе 5 на основе подробного изучения текста Стратегии государственной национальной политики 2012 года мы проанализируем господствующий в современной России взгляд на «национальную тему» и ее связь с феноменом культурного плюрализма. Наш тезис состоит в том, что концепция «национальной политики» исходит из устаревших воззрений, является тематически узкой и внутренне противоречивой, и поэтому она не может считаться адекватной современным политическим реалиям и научным теориям.

Наконец, в третьей части книги речь пойдет о трудностях становления гражданской нации в России. В главе 6 мы кратко проследим эволюцию восприятия идеи нации в нашей стране за последние 200 лет, уделяя особое внимание тому, как она, изначально будучи категорией общества, использовалась авторитарным государством в собственных целях. О трудностях нового освоения идеи нации в ее гражданском смысле, связанном с демократией и либеральными свободами, мы поговорим на примере взлета и падения русского «национал-демократического» течения. В последней, седьмой, главе мы обратимся к анализу используемых российским правящим слоем механизмов воспроизводства имперского синдрома. Именно этот синдром (пока) препятствует тому, чтобы российское общество наконец овладело государством. В полемическом заключении мы вновь обратимся к этой теме, но через призму двух разных типов проблем, связанных с развитием гражданской нации в мире: ее имитации (на примере России) и национального раскола (на примере некоторых стран Запада).

 

Российский либерализм: идеи и люди : [в 2 т.]. Т. 1 : XVIII-XIX века / [Т. В. Антонова [и др.]] ; под общ. ред. А. А. Кара-Мурзы ; [Ком. гражданских инициатив]. – [3-е изд.]. – Москва : Новое издательство, 2018. – 677, [2] с. – Библиогр. в подстроч. примеч. – ISBN 978-5-98379-220-3.

Шифр ББК: 66.1(2)-18+63.3(2)5-8 Р 76
Местонахождение в библиотеке: Б30194-к/х

Аннотация:

Книга представляет собой галерею портретов русских либеральных мыслителей и политиков XVIII-XIX столетий, созданную усилиями ведущих исследователей российской политической мысли. Среди героев книги присутствуют люди разных профессий, культурных и политических пристрастий, иногда остро полемизировавшие друг с другом. Однако предмет их спора состоял в том, чтобы наметить наиболее органичные для России пути достижения единой либеральной цели — обретения «русской свободы», понимаемой в первую очередь как позитивная, творческая свобода личности.

Предисловие

Перед читателем — третье, значительно расширенное издание книги «Российский либерализм: идеи и люди», подготовленное фондом «Либеральная миссия» в партнерстве с «Новым издательством». Первое ее издание вышло в 2004 году и включало 46 «интеллектуальных портретов» русских либералов XIX-XX веков: от графа М.М. Сперанского до академика А.Д. Сахарова1. Книга имела успех у читателей: в 2007-м, в год 90-летия Февральской революции, вышло второе, расширенное издание, которое включило в себя уже 96 имен и открывалось либералами «екатерининской эпохи»: гр. Н.И. Паниным, Н.И. Новиковым, гр. А.Р. Воронцовым2.

За прошедшие с тех пор десять лет профессиональный и общественный интерес к отечественной либеральной традиции существенно вырос. Результатом этого стал выход ряда изданий, среди которых выделяется прежде всего фундаментальная энциклопедия «Российский либерализм конца XVIII — начала XX вв.»3. Тексты выдающихся русских либеральных мыслителей широко представлены и в других крупнейших издательских проектах последних лет: «Библиотеке отечественной общественной мысли с древнейших времен до начала XX века» (рук. проекта А.Б. Усманов) и серии «Философия России первой половины XX века» (гл. ред. Б.И. Пру-жинин). Надо добавить, что в ряде регионов России вышли свои издания об истории местной либеральной традиции: в Ярославле, Липецке, Рязани, Владимире, Смоленске, Орле, Красноярске и т.д.

В новом издании значительно шире представлен период генезиса отечественного либерализма в годы правления Екатерины II и Александра I. В книге теперь дополнительно представлены очерки о крупнейших либеральных деятелях конца XVIII — начала XIX столетия: Д.И. Фонвизине, Д.А. Голицыне, С.Е. Десницком, Е.Р. Дашковой, П.В. Завадовском, В.П. Кочубее, П.А. Строганове, Д.А. Гурьеве, Н.С. Мордвинове.

В новый двухтомник вошли также очерки о выдающихся деятелях отечественной культуры и науки, чья жизнь (по крайней мере, крупные периоды жизни), а также многие принципиальные сочинения были теснейшим образом связаны с развитием отечественной либеральной традиции: Н.М. Карамзин, Н.В. Станкевич, И.С. Тургенев, С.Н. Трубецкой, М.И. Ростовцев, Б.К. Зайцев.

Значительно расширено в новом издании и представительство той части российских либералов, которые связали свои имена с деятельностью крупнейших либеральных партий начала XX века (H.H. Кутлер, Ф.А. Головин, А.М. Колюбакин, A.C. Изгоев, М.Г. Комиссаров). При этом дополнительный упор составителями и авторами двухтомника сделан на мало изученном пока направлении отечественной либеральной традиции, которое можно определить как «либеральный центризм» (очерки об А.Н. Попове, К.К. Арсеньеве, АИ. Чупрове, И.И. Иванюкове, В.Ю. Скалоне, В.М. Голицыне, В.Д. Кузьмине-Караваеве, И.Н. Ефремове, А.М. Рыкачеве и др.).

Несомненно, заинтересуют читателей и «интеллектуальные биографии» таких ярких и противоречивых фигур русского XX века, как И.П. Алексинский и С.О. Португейс. Двухтомник заканчивается очерком о выдающемся российском интеллектуале новейшего времени, нашем современнике, блестящем ученом-социологе Юрии Александровиче Леваде.

Работа по изучению национального либерального наследия будет продолжена. Фонд «Либеральная миссия», в течение многих лет находящийся на переднем крае этой работы, рассчитывает на привлечение новых сторонников и новых авторов.

 

Алексей Кара-Мурза
доктор философских наук, профессор,
член Совета фонда «Либеральная миссия»

 

Свободные люди : диссидентское движение в рассказах участников : [сборник] / А. Архангельский; Фонд “Либеральная миссия”. – Москва : Время, 2018. – 348 с. – (Диалог). – Библиогр.: в тексте. – ISBN 978-5-9691-1682-5.

Шифр ББК: 84(2=Рус)6-008.9 С 25
Местонахождение в библиотеке: С253852-к/х; С253853-н/аб

Аннотация:

Книга родилась из видеопроекта, частично размещенного на просвети­тельском ресурсе «Арзамас». Интервью оформлены как монологи; это сборник рассказов о том, как люди решили стать свободными. Вопреки всесильной системе. Вопреки тотальной эпохе. Большинство из них ста­ли моральным примером. Кто-то не смог удержать высоту, но осмыслил ошибку и честно о ней рассказал. Единицы предали своих товарищей и отказались признавать измену; но из песни слова не выкинешь. Полная история диссидентского движения впереди; прежде чем выносить сужде­ния, нужно выслушать свидетельские показания. Электронную версию книги в рамках учебного курса готовили магистранты Высшей школы экономики.

О чем. Зачем. Ради чего

Анекдот излета брежневской поры. «Как будет выглядеть статья о Брежневе в энциклопедии XXI века? Примерно так. Брежнев Леонид Ильич. Мелкий политический деятель эпохи Сахарова и Солженицына». Когда-то казалось смешным, но в конце концов так и вышло. Несмотря на мощь политической власти, несмотря на горы выпущенной макулатуры. И даже несмотря на то, что через четверть века после смерти Брежнева новые мифологи попытаются изображать его эпоху как счастливый сон советского народа, а диссидентов — как случайный сбой в незыблемой системе. Мифологи уйдут, историческая реальность останется.

Она такова: на протяжении всего советского периода было не только восторженное большинство и отдельные умные циники, принявшие происходящее как данность, но и герои личного сопротивления. Новый всплеск сопротивления пришелся на вторую половину века; поколение, выросшее при советской власти и не помнящее прежней жизни, восприняло XX съезд и разоблачение культа личности (пускай усеченное, пускай робкое) как сигнал к действию. Как начало больших перемен. Каких перемен и к чему они ведут — не так уж важно. Одни уповали на младомарксизм и социализм с человеческим лицом, другие на конституционную демократию, третьи на религиозное возрождение и национальный подъем, четвертые на восстановление монархии; и все — на моральную точку отсчета, которая теперь появится в политике. Она не появилась; они не отступили; началась борьба.

Почему они, в абсолютном большинстве прошедшие свой путь безупречно, не стали нашей общей гордостью и оправданием, как герои национального сопротивления во многих сопредельных странах, почему к ним до сих пор так мало интереса — вопрос отдельный. Быть может, кое-что важное объясняет рассказ одного телевизионного историка. Он поделился со священником Вячеславом Резниковым (ныне, к сожалению, покойным) замыслом цикла документальных фильмов о новомучениках XX столетия. «Хороший замысел, — ответил ему Резников. — Но смотреть будут плохо». — «Почему?!» — «Потому что это никому сейчас не нужно. Мучеников было сколько? Сотни. А принявших эту жизнь? Миллионы. Нет, не будут смотреть». И это оказалось правдой. Не смотрели.

Но из этого никак не следует, что восстанавливать картину нашего сопротивления не нужно. Нужно. История все равно сильней закомплексованного вымысла. Один из множества шагов в заданном направлении — эта книга. Она была задумана шесть лет назад, когда мы с соавторами, Татьяной Сорокиной и Ксенией Лученко, решили создать полноценный архив видеоинтервью с бывшими диссидентами. По мере того как появлялись средства на аренду техники, поездки и монтаж (спасибо фонду «Либеральная миссия» во главе с Евгением Григорьевичем Ясиным), мы проводили съемки. На будущее. Для сохранения видеопамяти. Записывали тех, кто был героем, — к счастью, их абсолютное большинство. И тех немногих, кто дрогнул, отступил, но признал и проанализировал ошибку. И даже тех (совсем единичные случаи), кто осознанно нарушил неписаные правила инакомыслящих, выпал из общего круга. Потому, во-первых, что и они прошли свой отрезок пути, побыли свободными людьми. Потому, во-вторых, что слова из песни не выкинешь, даже если иногда хотелось бы. Мы собирали свидетельства, а судить не наше дело и не наше право. Равно как разбираться, было это собственно обширное движение или только отдельные судьбы отдельных людей, решивших стать — и во многом ставших — свободными в несвободной стране.

И чем сильней разрастался архив, тем яснее становилось, что он просится на встречу с публикой. Причем не как собрание научных (они же биографические) материалов для будущих исследователей, а именно как собрание рассказов, простых, искренних, иногда сентиментальных, иногда холодноватых. Как разговор с днем сегодняшним — от имени непрошедшего прошлого, изнутри невероятного личного опыта. Как только это стало ясно, сама собой определилась форма: наши вопросы мешают, интервью должны звучать как монологи. Потому что это не академическая история, а живое свидетельство веры — в себя, в правду, в свободу, в независимость отдуха времени. Получился сборник автобиографических рассказов.

И все они посвящены ответу на несколько тесно связанных друг с другом вопросов: как могло случиться, что посреди тотального контроля, внутри непроницаемой системы, в абсолютно подсоветских поколениях смог зародиться дух свободы? Как люди могли решиться — и решились — прожить свою собственную жизнь вопреки роли, навязанной им обществом и властью. Как попадали в ловушки, как выбирались (или не сумели выбраться) из них? Что думают о собственном — и общем — опыте сегодня?

 

Макарова, Ю. Б. Собибор: хроника восстания в лагере смерти : [история подвига Александра Печерского в фотографиях и документах] / [Ю. Б. Макарова, К. И. Могилевский, М. Ю. Эдельштейн]. – Москва : Э, 2018. – 207 с. : ил., портр., факс. – Авт. указаны в макете аннотированной карточки. – ISBN 978-5-04-091444-9.

Шифр ББК: 63.3(0)62,7+63.3(2)622,7 С 54
Местонахождение в библиотеке: Б30340-к/х

Аннотация:

В книге-альбоме представлена история подвига лейтенанта Красной Армии Александра Печерского — руководителя легендарного восстания в нацистском лагере смерти Собибор. О самом Печерском, его семье и боевых товарищах, о перипетиях многолетней борьбы за возвращение подвига рассказывается без вымыслов и искажений, строгим языком фактов и документов. Основу книги, выходящей к 75-летию восстания, составили уникальные фотографии и документы из архива Печерского и из других частных собраний. Значительная часть материалов публикуется впервые.

 

ПРЕДИСЛОВИЕ

С того момента, как 14 октября 1943 года в нацистском лагере смерти Собибор вспыхнуло восстание заключенных, организованное офицером-красноармейцем Александром Печерским и его товарищами из числа советских военнопленных, прошло почти 75 лет.

 

Без малого три четверти века назад обреченные на мучительную смерть узники уничтожили большинство эсэсовцев из лагерной администрации, преодолели четыре ряда колючей проволоки и бросились к лесу – через минные поля, поливаемые пулеметным огнем с вышек. Из нескольких сот бежавших лишь чуть больше 50 дожили до конца войны.

 

 

Но всем им, погибшим и выжившим, прятавшимся и сражавшимся, придавало силы не только естественное человеческое желание жить, но и осознание себя свидетелями. Они видели это – и должны были рассказать миру правду о Собиборе.

 

 

 

Борьба между памятью и забвением началась уже через несколько дней после восстания. Нацисты тщательно следили за соблюдением секретности во всем, что касалось работы лагерей смерти, — недаром в немецких документах того времени их называют «транзитными лагерями». А Собибор даже на этом фоне выделялся своей «закрытостью», информация о нем просачивалась во внешний мир очень скудно. В том же октябре 1943-го предположительно по приказу рейхсфюрера СС Генриха Гиммлера собиборский лагерь был снесен, а земля, на которой он стоял, распахана. На месте газовых камер и других лагерных построек немцы высадили деревья. Никто не должен был знать о том, что происходило на этой территории, в 80 километрах от польского города Люблин.

Но меньше чем через год Восточную Польшу освободили советские войска. И почти сразу журналисты одного из фронтовых листков встретились с тремя участниками побега из Собибора. Их показания перепечатали газеты и журналы разных стран. Постепенно воспоминаний становилось все больше и больше. Казалось, правда о трагедии и подвиге узников лагеря смерти вот-вот облетит весь мир и станет легендой…

Однако этого не произошло. История собиборцев оказалась заложницей политической конъюнктуры, как международной, так и внутренней, в каждой стране своей. В позднесталинском Советском Союзе героизм военнопленных, тем более военнопленных-евреев, за единичными исклю чениями не мог стать примером для подражания, инструментом воспитания масс. Подмандатная Палестина, а затем и новорожденное Государство Израиль лепили образ «нового еврея», ничем не напоминающего тех забитых европейских собратьев, которые, согласно формировавшейся израильской мифологии, покорно и безропотно шли на убой. Польша была не готова отвечать на вопрос, каким образом десятки бывших узников Со-бибора погибли на ее территории за те несколько месяцев, что разделили восстание и приход Красной Армии, и почему даже после войны и изгнания немцев в Польше продолжались еврейские погромы. Вчерашним союзникам СССР эта история была тоже не особенно выгодна: началась холодная война, бывшие друзья стремительно превращались в заклятых врагов, рассказ о героизме красноармейцев не отвечал потребностям момента. Да и вообще о нацистских лагерях и погибших евреях тогда вспоминали не очень охотно — слишком неприятен был вопрос: как же так получилось, что мир все годы Холокоста ничего не замечал?

И так, несмотря на все усилия Печерского, его друзей и добровольных помощников, других бывших узников, продолжалось десятилетия. Конъюнктура менялась, в одни годы о Собиборе писали больше, в другие меньше. Выходили книги, в 1980-е годы начали появляться фильмы. Но даже «Побег из Собибора» с Р. Хауэром в роли Печерского не смог радикально изменить ситуацию: подвиг собиборцев по-прежнему оставался на периферии истории войны, антифашистского сопротивления, Холокоста. Более того — и действительность Собибора, и ход восстания, и судьба Печерского постепенно обрастали легендами и мифами, многие из которых оказались чрезвычайно живучими.

 

 

В последние годы ситуация изменилась. Поэма «Люка» российского поэта и общественного деятеля М. Гейликмана дала старт международной кампании по увековечению памяти организатора восстания в Собиборе и его товарищей. Кампания принесла свои плоды: имя Печерского теперь на устах у мировых лидеров, герои Собибора награждены орденами России, Украины, Польши, их именами называют улицы, информация о восстании включена в школьные программы России и других стран. Координирует эту деятельность Фонд Александра Печерского. В 2018 году на экраны России и мира выходит художественный фильм «Собибор», где в ролях заняты крупнейшие российские, американские, европейские актеры. В его основе — книга «Александр Печерский: прорыв в бессмертие», подготовленная главой Фонда И. Васильевым. История лагеря, история восстания тщательно изучаются, в ней остается все меньше белых пятен, выявляются все новые документы, реконструируются биографии участников побега.

Но 2017 год показал, что исторические факты, исторические персонажи по-прежнему зависимы от сиюминутных политических колебаний. Внезапно Собибор оказался в центре одного из боев в непрекращаю-щейся «войне памяти», которая уже много лет идет в Восточной Европе. Четырехсторонняя комиссия по созданию нового мемориала в Собиборе отказалась допустить к участию в проекте Россию. Российский М ИД отреагировал крайне резко. Разразился скандал, в который оказались втянуты Россия, Польша, Израиль, Словакия, Голландия.

В октябре 1943 года в Собиборе в порыве к свободе и победе вокруг фигуры Печерского объединились самые разные люди — граждане разных стран, с кардинально различным жизненным опытом, говорящие на разных языках и зачастую не понимающие друг друга, коммунисты и буржуа, бедные и зажиточные, религиозные и светские. Такое единение в борьбе против зла — один из главных уроков Собибора. И тем досаднее, когда собиборская история не объединяет, а разъединяет людей и страны.

В этой книге мы попытались рассказать о Собиборе, его героях, жертвах и палачах языком фактов и документов. Чем больше достоверной информации — тем меньше остается возможностей для домыслов и спекуляций, тем меньше места для мифологизации. Люди умолкают, вместо них говорит История.