Туровский, К. Г. Очерки по истории и географии Царицынского уезда/ К. Г. Туровский. – Царицын : пар. тип. т-ва «В. Баланин и бр. А. и В. Лошкаревы», 1911. – 78 с.

Земские учреждения появились в России в 60-е годы XIX в. и просуществовали до 1918 г. Они не обладали властными полномочиями и законодательной инициативой. Это был опыт местного самоуправления на принципах всесословности и самофинансирования. Опыт оказался успешным. Он выдержал испытание временем и доказал эффективность своей работы. Земские учреждения ведали просвещением, здравоохранением, строительством железных дорог и многими другими сторонами хозяйственной жизни. Существовали уездные и губернские земские учреждения.

В Царицыне в январе 1864 г. было образовано уездное земское собрание и его исполнительный орган – уездная земская управа. В компетенцию земской управы входило устройство и содержание зданий, сооружений и путей сообщения, принадлежавших земству; попечение о развитии торговли, промышленности, сельского хозяйства, страхования, участия в делах почтовой повинности, заведывание земскими благотворительными заведениями. Царицынская земская управа упразднена 14 марта 1918 г. Её хозяйственная и культурная деятельность представляет собой позитивный опыт общественной самодеятельности.

Один раз в год в губернском городе (в нашем регионе Саратов) проходил съезд депутатов уездных земских собраний от всей губернии, в том числе от Царицынского уезда. Председательствовал губернский предводитель дворянства. Губернское земское собрание осуществляло общее руководство хозяйственными делами целой губернии. Для постоянного ведения этих дел оно избирало губернскую земскую управу из председателя и нескольких членов. Деятельность земств подчинялась надзору губернатора и Министерства внутренних дел.

Деятельность земств Саратовской губернии имела свои региональные особенности, связанные со следующими моментами:

1. Географические особенности региона. Волга, имеющая важное народно-хозяйственное значение связующей реки в то же время являлась угрозой санитарному состоянию для местного населения. Требовалось проводить специальные профилактические мероприятия, которые поддерживались даже правительством. Угрозу санитарному состоянию вносили и сезонные рабочие, необходимые для временных работ одной из важнейших «хлебных» губерний.
2. Саратовская губерния являлась зоной «рискованного земледелия». Засуха и неурожаи, а также голод и эпидемии были нередкими. Все это обусловливало широкую деятельность земства по распространению среди населения сельскохозяйственного образования, медицинских и ремесленных навыков.
3. Многонациональный и многоконфессиональный характер губернии также требовал специальных мер просветительского и медицинского характера.

Туровским был написан целый ряд работ по Саратовской и Царицынской земской медицине, и это были не только обзоры санитарного состояния губернии и уезда. В брошюрах популярного характера указывались меры борьбы с заболеваниями, характеризовалась работа санитарно-благотворительных обществ.

• Туровский, Константин Григорьевич. Глазная помощь в Саратовской губернии : доклад IX Губ. съезду врачей и председателей земских управ Саратовского губернского земского врача К. Гр. Туровского. – Саратов : тип. Губ. земства, 1909. – 7 с.
• Туровский, Константин Григорьевич. О санитарных участковых попечительствах : санитарно-благотворительных обществах : доклад Саратовскому губернскому съезду врачей и председателей земских управ саратовского губернского земского врача К. Г. Туровского. – Саратов : тип. губ. земства, [1908]. – 6 c.
• Туровский, Константин Григорьевич. Трахома в Саратовской губернии и меры борьбы с нею : доклад IX губернскому съезду врачей и председателей земских управ саратовского губернского земского врача К. Г. Туровского. – Саратов : тип. губ. земства, [1908]. – 22 c.
• Туровский, К. Г. О преподавании земскими врачами естествознания и гигиены в сельских школах повышенного типа : доклад IX губ. съезду врачей и председателей земских управ Сарат. губ. зем. врача К. Г. Туровского. – Саратов : тип. губернского земства, 1908 . – 5 с.
• Туровский, К. Г. Обзор состояния земской медицины в Царицынском уезде за 1910 г. врача-делегата К. Г. Туровского. – Саратов : тип. губернского земства, 1912. – 30 с.
• Туровский, К. Г. Обзор состояния земской медицины в Царицынском уезде за 1903 – 1906 гг. / врача-делегата К. Г. Туровского. – Саратов : тип. Губернского земства, 1908. – 56 с.
• Туровский, К. Г. Санитарное состояние земских и церковно-приходских школ в Царицынском уезде / земского санитарного врача Константина Григорьевича Туровского. – Саратов : Саратовская губернская земская управа, 1906. – 76 с.

Очерки по истории и географии Царицынского уезда написаны на основании обобщения уже имеющейся литературы по истории Саратовской губернии и Нижнего Поволжья в целом ( Историко-географический словарь А. Н. Минха, сочинения Н. И. Костомарова, Д. Л. Мордовцева, А. Ф. Леопольдова и других). Автор не претендовал на новые открытия, т. к. не имел доступа к историческим источникам. В то же время эта книга имела важное значение в деле популяризации знаний по историческому краеведению, она являлась первой научно-популярной книгой, посвященной истории Царицына специально.

Очерки Туровского состоят из двух частей. В первой части описывается география уезда, во второй части – история. Автор перечислил населенные пункты, реки, озера, охарактеризовал особенности климата, геологического строения земель и т.д. Историю края Туровский описал по периодам. В историографии того времени существовала общепринятая периодизация : Эпоха скифов, хазар и татар; московский и петербургский периоды; время правления Петра Великого и его преемников; эпоха Екатерины II и ее преемников.

Первой книгой по истории Царицына, изданной после Октябрьской революции, является очерк П. А. Барашевкого, А. В. Логинова и Я. Д. Вдовина:

Барашевский, П.А.   Исторический очерк Царицинского уезда / сост.П.А.Барашевский, А.В.Логинов и агр. Я.Д.Вдовин ; под ред. П.А.Барашевского. – Царицын : Царицын.уезд. эконом. совещ., 1922. – 30 с.   Без тит. л. – Напеч. в Дубовке.

Очерк был посвящен развитию промышленности и сельского хозяйства Царицына, в нем авторы попытались определить перспективы социально-экономического развития региона. Такую задачу ставили перед краеведами новые органы власти. Поиск путей дальнейшего развития стоял перед всем научным миром.

Очерк носит научный характер, в нем широко использовались материалы статистики и делопроизводственных архивов Саратовской губернской земской управы, Царицынской уездной земской управы, текущие делопроизводственные документы органов государственного управления.

В структурном отношении очерк состоит из трех разделов: Раздел первый: Прошлое Царицынского уезда. Раздел второй: Настоящее состояние Царицынского уезда. Раздел третий: Будущее Царицынского уезда.

В первом разделе авторы произвели социально-экономический анализ края в 1850 – 1910 годы. Предшествующие периоды истории они не рассматривали, так как в первую очередь их интересовал народнохозяйственный потенциал региона, а не чистая история.

Краткое содержание очерка.

Царицынский уезд ограничивается с востока – рекой Волгой, с севера граничит с Камышинским уездом, с запада – с Донской областью, с юга – Черноярским уездом Астраханской губернии. Рельеф степной. Овраги и суходолы «явственно выражены». На территории уезда протекает несколько речек: Балыклейка с притоками Сухая и Студёнка, Бердия, приток реки Иловли и Червленая. В засушливые годы Бердия и Балыклейка на лето пересыхают. Восточная часть уезда – степная, западная – лесистая. Раньше вся северная часть уезда была покрыта лесом, о чем свдетельствуют названия – город Дубовка, сёла – Лозное, Кленовка, Ольховка, Липовка. В административном отношении уезд делился на 11 волостей: Ольховскую, Липовскую, Романовскую, Балыклейскую, Александровскую, Мало-Ивановскую, Пролейскую, Песковатскую, Ерзовскую, Отрадинскую, Сарептскую. Два города – Дубовка и Царицын (административный центр). Царицынский уезд носил сельскохозяйственный характер. Авторы определяют местоположение казачьих земельных угодий, отмечают, что лучшие земельные участки по реке Иловле принадлежали принадлежали крупным помещикам-дворянам – Персидским, Мельниковым и Грековым. Крестьянское землепользование было в основном общинным, которое дополнялось арендой частных и казенных земель. Система полеводства носила хищнически экстенсивный характер, без восстановления производительности возделываемых угодий. В связи с этим, а также по причине климатических особенностей урожайность резко колебалась. Урожай ржи с одной казенной десятины в неурожайный год – 2 – 5 пудов, а в урожайный – 45 – 54 пуда. (пшеницы соответственно – 3 – 10 и 60 – 80).

Удаленность пастбищ от поселений и недостаточная обводненность степи ставили препятствия развитию скотоводства. «Лошади преимущественно разводились киргизской породы, рогатый скот – калмыцкой, и овцы грубошерстные, калмыцкой же породы, как более выносливые в полупустынном крае».
Далее авторы рассказывают о развитии садоводства и огородничества, приводят данные о развитии кредитной кооперации, сельскохозяйственных обществ. С 1910 по 1918 год функционировало Дубовское показательное поле, c 1912 начинают развивать свою деятельность Александровское, Романовское и Пролейское сельскохозяйственные общества. Ими были открыты показательные поля, прокатные и случные пункты, кустарные мастерские и т. д. В селе Песчанка было открыто молочное сельскохозяйственное общество.

Авторы показали эволюцию торгово-промышленной жизни уезда. В 60-х годах в уезде было два центра, один административный, а другой – торговый. Первым был город Царицын(7 тыс. жителей), а вторым – посад Дубовка,» расположенный на 50 верст от Царицына вверх по Волге». Посад насчитывал 13 тыс. жителей. В этот период посад был транзитно-перевалочным пунктом. Незначительное расстояние Волго-Донской переволоки (Дубовка – Качалинская) – 60 верст – создавало здесь самый удобный гужевой путь по перброске транзитных грузов. Важное значение играла ярмарка Троицкая, или «Береговая».Товары привозились на баржах из Ярославской, Нижегородской, Казанской и других губерний. Торговля велась прямо с судов.В самом уезде ярмарки были в Балыклее, Малой Ивановке и др. Дубовка славилась дегтярно-смоляной торговлей, лесоматериалами, чулочным промыслом. Широко было развито дело хлебного экспорта. В 1862 г. в южной части уезда была построена железная дорога – из Царицына на Калач, она носила название «Волго-Донской». С этого периода произошел поворотный пункт в торгово-экономическом развитии Царицынского уезда. С начала 70-х годов центром торговли и промышленного развития стал Царицын. В 1872 г. был открыт второй железнодорожный путь – Царицын – Грязи, соединивший Царицын с центральными губерниями. В 1897 г. Царицын соединился рельсовым путем со станцией Тихорецкой владикавказской железной дороги, что дало Царицыну непосредственный выход к богатым Черноморским портам и Кавказу. Через Царицын широким потоком последовали транзитные грузы. Перед I мировой войной уезд остался как бы разделенным на две части – северную, сельскохозяйственную с посадом Дубовка, и южную, промышленную, с городом Царицыным.

Во втором разделе описывается хозяйственная жизнь Царицынского уезда в период гражданской войны. Повсюду царили урон и опустошение. Экспроприированные у буржуазии крупные предприятия закрывались одно за другим вследствие отсутствия сырья, а оборудование и инвентарь расхищались. Разразившийся в 1921 г. голод обескровил и мелкие предприятия, так как все, что они могли произвести, уходило в обмен на хлеб. К тому же разразилась эпидемия тифа и оспы. Запасы медикаментов быстро закончились. Хлеб население уезда невероятными усилиями приобретало на стороне : на Дону, Кубани, Кавказе, Орловской губернии. Наибольшей остроты голод достиг в зимний период – в конце 1921 – начале 1922 г. Авторы считают, что не только засуха была причиной голода. С 1918 г. в пределах уезда образовалась прифронтовая полоса. Это привело к резкому сокращению посевной площади (площадь посева пшеницы сократилась на 88 процентов, ржи – на 60. К тому же приходилось постоянно бороться с «бандитизмом», который был ликвидирован только в 1922 г. Сильно пострадали от «контрреволюционных банд» механические мукомольные мельницы: при своем отступлении банды увезли значительную часть оборудования, и мельницы были обречены на бездействие. Разруха негативно отразилась и на деле народного образования. Главное внимание пришлось обратить на спасение гибнущих от голода детей. Все детские дома из различных районов уезда были стянуты в Дубовку. Мест не хватало. В Дубовском женском монастыре было размещено 400 детей. Школы практически не функционировали.

В третем разделе были определены приоритеты экономического развития Царицынского уезда. По мнению авторов уезд станет центром не только промышленного, но и сельскохозяйственного производства.

Сочинение П. А. Барашевского, А. В. Логинова и Я. Д. Вдовина долгие годы было вне поля зрения историков-краеведов. В настоящее время оно переиздано в научном ежегоднике «Стрежень». Публикацию подготовили М. М. Загорулько и И. О. Тюменцев.В новом издании этот письменный памятник, бывший долгое время библиографической редкостью, доступен широкому кругу читателей. Памятник воспроизведен с учетом современных грамматических правил. Авторские сокращения раскрыты .Его переиздание позволяет восстановить утраченный пласт местной науки и культуры, использовать его в новых научных разысканиях.

Загорулько, М. М. Исторический очерк Царицынского уезда П. А. Барашевского, А. В. Логинова, Я. Д. Вдовина / М. М. Загорулько, И. О. Тюменцев // Стрежень : науч. ежегодник. – Волгоград, 2006. – Вып. 5. – С. 356 – 372.

Многие вопросы, связанные с историей Царицына, рассматривались в работах ученых, писавших сочинения по истории Саратовской губернии. Это были ученые-краеведы Саратовского университета и Саратовской ученой архивной комиссии. Заметный вклад в развитие региона внес саратовский общественный деятель, активный сотрудник СУАК Н. Ф. Хованский. В 1912 году вышла его книга “Участие Саратовской губернии в Отечественной войне 1812 года”.

Хованский, Н.Ф. Участие Саратовской губернии в Отечественной войне 1812 г. / Н. Ф. Хованский. – Саратов : Изд. Саратовской уч. архивн. комиссии, тип. Союза печатного дела , 1912. – 297 с.

На основе найденных автором архивных данных в книге приведены данные об ополченцах, в том числе жителях Царицына, отношении жителей Сарепты к войне (они молились за победу русского оружия), о наиболее прославившихся в войне жителях Царицына и т. д.

В первой трети прошлого столетия на страницах «Трудов СУАК» был опубликован ряд статей, брошюр, а также монография А. А. Гераклитова. Они были написаны в результате изучения новых архивных материалов и носили научный характер. В этот период Саратовское краеведение находилось на пике своего развития.
Гераклитов, А. А. Документы XVII века Саратовского Радищевского музея / Александр Александрович Гераклитов. – Саратов : Электротип. о-ва книгопечатников, 1910. – 27 с.

Гераклитов, А. А. История Саратовского края XVI – XVIII вв. / Александр Александрович Гераклитов. – Саратов : Друкарь [В.З. Яксанова] , 1923. – 379 с. –(Сарат. о-во истории, археологии и этнографии).

Гераклитов, А. А. Материалы для истории Саратовского Поволжья : Столбцы Моск. Архива министерства юстиции / Александр Александрович Гераклитов. – Саратов : тип. Союза печатного дела, 1912. – 26 с. – Отт. из изд. : Труды Саратов. арх. комис. Вып. 29. – Саратов, 1912.

Гераклитов, А. А. Мелочи из прошлого Саратовского края : (По документам Сарат. ист. архива / Александр Александрович Гераклитов. – Саратов : тип. Союза печатного дела, 1911. – 20 с.
Гераклитов, А. А. Обзор «пугачевских» дел из Астраханскго губернского архива // // Труды СУАК. – 1913. – Вып. 30. – с. 117 – 136.

Гераклитов, А. А. Очерки из жизни и быта Эльтонских соляных ломщиков и возчиков второй половины XVIII в. / А. А. Гераклитов. – Саратов : Электротипия о-ва книгопечатников, 1910. – 25 с.
Гераклитов, А. А. Саратов : краткий историч. очерк / Александр Александрович Гераклитов. – Саратов : тип. С. Н. Х. 5-е отд., 1919. – 36 с. – То же. – Изд 2-е, испр. и доп. – [М.] ; Саратов [В. З. Яксанов] , 1923. – 35 с. – (О-во истории, археологии и этнографии при Саратов. ун-те).
Гераклитов, А. А.Саратовская ученая архивная комиссия. Исторический архив. Краткая опись «Калачовского» фонда исторического архива СУАК. – Саратов, 1911.
Гераклитов, А. А. Учреждение в Саратове Соляного комиссариата. 1747 // Труды СУАК. – 1911. – Вып. 28. – С. 1 – 32. 

Солидное по объему сочинение А. А. Гераклитова “История Саратовского края XVI – XVIII вв.” была опубликована в 1923 г. По мнению современных ученых она полностью отвечает общепринятым научным стандартам и по праву может считаться научной монографией. Она содержит историографические материалы, имеет научно-справочный аппарат (ссылки на источники и литературу), в ней анализируются факты и литература содержатся обоснованные выводы и заключения. С этого времени любительское краеведение превратилось в научное. В хронологическом отношении автора интересовал период основания Царицына и первые годы его развития, период смутного времени. Ее выход ознаменовал наивысший этап развития саратовского краеведения в указанные годы.

Для “Истории” Гераклитова как и для прочих саратовских ученых-краеведов характерно то, что они рассматривали территорию Царицына как исторически принадлежащую к единому социально-экономическому и политическому региону. “Под Саратовским краем, – писал Гераклитов, – мы будем разуметь те местности, которые входили некогда в состав Саратовского наместничества и исторически и экономически до сего времени связаны как со своим центром с Саратовым”.

Белов, Дмитрий Александрович. Сталинград в оценке общественности Великобритании и США. 1942-1945 гг. : диссертация … кандидата исторических наук : 07.00.03. – Волгоград, 2007. – 217 с.

Павлова,Татьяна Анатольевна. Гражданское население Сталинградской области в условиях германской оккупации : июль 1942 г. – февраль 1943 г. : диссертация … кандидата исторических наук : 07.00.02. – Санкт-Петербург, 2007. – 245 с.

Наша землячка кандидат исторических наук Татьяна Павлова не первое десятилетие интересуется судьбой мирного населения в Сталинградской битве, и в результате ее исследований на карте истории становится все меньше белых пятен.

На свою тему методист музея-панорамы «Сталинградская битва» Павлова вышла, когда волгоградцы отмечали скорбную дату 50-летия варварской бомбардировки Сталинграда, которая обрушилась на город 23 августа 1942 года. Принимая участие в одном из модных тогда телемарафонов, Татьяна Анатольевна познакомилась с теми, кто детьми пережил августовский ад.

« На экскурсиях в тогдашнем музее обороны в разное время звучали разные цифры потерь среди мирного населения. Сначала считалось, что Сталинград потерял более 40 тысяч человек за время всей битвы, и материалы чрезвычайной комиссии по расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков в Сталинградской области подтверждали это. Потом появилось мнение, что именно столько горожан погибло в дни августовской бомбежки…»

Сама Татьяна Анатольевна уверена, что потерь среди мирного населения куда больше. Фашисты бомбили город до 29 августа, и кто считал погибших в эту страшную неделю? Если части МПВО помогали горожанам, то на подсчеты у них не было сил. Только в небольшом Ерманском районе (сейчас это часть Центрального района) проживали 50 тысяч человек, не считая эвакуированных. Во время массированных налетов немецкой авиации оказать им помощь пыталось… санитарное звено в составе всего лишь 22 человек. Так что жителям приходилось самим и без всякого учета хоронить погибших во дворах и оврагах. К тому же кто-то просто сгорел во время пожаров. Кто-то задохнулся под землей, когда осыпались ненадежные щели. И 40 тысяч погибших — далеко не окончательная цифра, уверена Павлова.

История трагедии сталинградцев затянула мою собеседницу и стала началом большой работы. Несколько последних лет она просидела в волгоградских архивах. Ездила в Москву. Подготовила кандидатскую диссертацию, которую защитила в Санкт-Петербургском университете два года назад. И на встречу со мной принесла монографию, любопытную для многих моих земляков. Называется она «Засекреченная трагедия: гражданское население в Сталинградской битве». Приоткрывая секреты, автор показывает известное: сколько людей, столько и трагедий.

«Практически все сталинградцы показали себя мужественными патриотами Родины, — считает Татьяна Павлова. — Я называю их солдатами в штатском. Эти мирные граждане сражались рядом с красноармейцами, строили оборонительные рубежи, готовили еду, доставляли воду, ухаживали за ранеными, становились проводниками, вели разведку, совершали диверсии в тылу врага, помогали военнопленным».

«Однако не все сталинградцы были готовы умереть за город Сталина, — привела Татьяна Павлова данные УНКВД за 1937 год. — Репрессиям подверглись тысячи «бывших» белых офицеров, казачьих атаманов, контрреволюционно настроенных молодых людей, кулаков. Некоторым удалось скрыть свое прошлое, вступить в партию, занять руководящие посты. И в дни Сталинградской битвы кто-то из этих людей ожидал прихода немцев в надежде: они откроют церкви, вернут землю, дадут вырваться из нищеты. Тем более что в ноябре 1942 года в Чернышковском, Калачевском, Сиротинском и других районах немцы проводили активное формирование казачьих отрядов по охране немецкого тыла. Прибывшие с немцами казаки-белоэмигранты вербовали старост и полицейских. Расклеенные по селам листовки обещали сытую жизнь. На нее польстилась очень маленькая часть казаков. Можно вспомнить лишь малочисленный отряд, который участвовал в боях против Красной армии, да в Котельниково была сформирована школа жандармерии. Из идейных соображений были выданы партизаны тормосиновского и нижне-чирского отрядов.

Но действительность быстро охладила ожидания казаков, и кампания по формированию казачьих отрядов провалилась. С первых же дней оккупации немецкие солдаты показали свою неуправляемость: начали грабить, пытать, убивать, насиловать, выселять жителей из их домов. По весьма неполным данным, в Сталинградской области только повешено было 108 и расстреляно 1744 мирных граждан. Понятно, что настроения казачества резко поменялись. …Увидев обыкновенный фашизм, эти мирные жители стали воспринимать советскую власть как единственную силу, способную разгромить врага. Они стали всемерно помогать Красной армии и сопротивляться захватчикам».

Цитаты приведены по: Савчишина, А. Засекреченная трагедия. – URL: http://gorvesti.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=3414

Усик, Борис Григорьевич. Народное ополчение Сталинграда июль 1941 – февраль 1943 : диссертация … кандидата исторических наук : 07.00.02 / Усик Борис Григорьевич; [Место защиты: Волгогр. гос. ун-т]. – Волгоград, 2007. – 207 с.

Народное ополчение в России не раз выступало важной составляющей вооруженной борьбы за свободу Отечества. В годы Великой Отечественной войны добровольческие военные формирования стали одной из важных форм участия широких слоев общества в борьбе против захватчиков и внесли значительный вклад в победу. …

Общая численность народного ополчения Сталинградской области, реально принимавшего участие в боевых действиях на фронтах Великой Отечественной войны (в боях под Москвой, на Северном Кавказе, в Сталинграде), колеблется в пределах 20 тысяч человек. Однако при ведении боевых действий в городских условиях, когда фактически линия фронта проходила по цехам предприятий, не останавливавших военное производство и ремонт боевой техники, когда армия действовала при всемерной и всесторонней поддержке сталинградцев, народное ополчение явно стало одним из важнейших факторов, предопределивших победу советской армии в Сталинградской битве.

Огаркова Елена Владимировна. Сталинградская битва в советской изобразительной пропаганде И военно-фронтовой графике 1942-1945 гг. : диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук : 07.00.02 / Огаркова Елена Владимировна ; [ВолГУ]. – Волгоград, 2008.

Приведем отрывок Елены Огарковой, научного сотрудника Волгоградского музея изобразительных искусств «Просто, без прикрас, очевидно …», опубликованный в журнале «Родина» (№ 5 за 2008 г.) : «В хронологических рамках Великой Отечественной войны Сталинград проживает три жизни: до битвы, битва, после битвы. По демографическому составу, по градостроительному замыслу, по архитектурному облику «до» и «после» — это уже разные города. Но сохранилась ли душа города? И есть ли шанс сейчас ощутить атмосферу, эмоциональный фон, неповторимость этого места и времени? Сейчас, когда растерянный разум современного человека испытывает настоятельную потребность вернуться к первоисточникам, к свидетельствам очевидцев, рисунки военных лет нам дают такую возможность.

«Только холодной весной сорок третьего года, после зимнего наступления от Волги через безводные калмыцкие и Сальские степи, в обороне на Миусе я первый раз рискнул взяться за карандаш», — вспоминал участник боёв В. Давыдов. Рисование в суровых условиях военных будней становилось духовной потребностью профессиональных и самодеятельных художников. Это всегда была проблема личного выбора, мучительный внутренний конфликт между хаосом, распадом окружающего мира и обязательным для рождения художественного образа синтезом…

Весь ход Сталинградской эпопеи сопровождался особым типом летописания — изобразительным. Оставаясь в тени агитационно-массового искусства и фоторепортажа, натурный фронтовой рисунок не претендовал на особое место в истории. В иных случаях пресыщенность видами разрушенных городов отталкивает художника от этой темы: «Рисунки разрушенного Сталинграда я не делал почти… развалины, которые я повидал и в Европе и в Азии в огромном количестве… не особенно меня прельщали», — так писал другой художник. Это тоже проявление протеста, сопротивление войне».

UPL : http://www.istrodina.com/rodina_articul.php3?id=2595&n=128

Основную группу материалов составляют изобразительные источники – произведения советских художников, в которых отражена Сталинградская битва. По принципу назначения их можно разделить на две группы. Первая – массовая политическая графика: плакаты, листовки, открытки, изданные в целях пропаганды большими тиражами. Ряд из них воспроизведен в тематических альбомах, монографиях, мемуарах художников. В исследовании проанализированы более 70 изображений пропагандистского характера, хранящихся в Российском государственном архиве социально-политической истории (РГАСПИ), Российском государственном архиве литературы и искусства (РГАЛИ), Государственном историко-мемориальном музее-заповеднике «Сталинградская битва» и Волгоградском областном краеведческом музее (ВОКМ). Массовая политическая графика, следующая в русле государственной идеологии и являющаяся одним из способов пропагандистского воздействия, отражает официально признанную оценку Сталинградской битвы. Вторая группа – фронтовые рисунки – уникальные исторические документы. Они помогают воссоздать психологический фон эпохи, без которого невозможно глубокое и всестороннее изучение прошлого, содержат личный взгляд художников, их мироощущение и понимание происходивших событий.

Рисунки, созданные в Сталинграде, малоизвестны. Как и произведения печатной политической графики, они хранятся в собраниях художественных, краеведческих, военно-исторических музеев, государственных и семейных архивах. Наиболее полно фронтовая графика представлена в собрании Музея-заповедника «Сталинградская битва». Рисунки сталинградских художников отложились в фондах Волгоградского музея изобразительных искусств (ВМИИ) и ВОКМ. Было проанализировано более 200 неопубликованных рисунков 1942–1945 гг., что позволяет в целом характеризовать комплекс изобразительных материалов диссертационной работы как достаточный для решения поставленных задач.

Важным источником по теме являются документы личного происхождения: письма, дневники и воспоминания художников (К. Финогенова, Е. Кибрика, П. Баранова, В. Давыдова, В. Корецкого, Б. Ефимова, Е. Комарова, Ф. Богородского), оеннослужащих, гражданского населения. ( Сведения об источниках диссертационной работы взяты из автореферата диссертации, с. 9 – 11).

Баженов, А. Ю. Организационно-экономические основы создания и развития бронетанкового производства в Сталинграде (1930–1945 гг.) / Баженов Александр Юрьевич : . дис. … канд. экон. наук : 08.00.01. – Волгоград, 2010. – 172 с.

Автором была поставлена цель : исследовать организационно-экономические основы создания и функционирования предприятий Сталинграда по выпуску бронетанковой продукции, обобщить опыт и результаты их производственной деятельности в 1930–1945 гг. Что касается военного периода, то здесь решались следующие задачи :

• исследовать процесс разработки отечественных технологий танкостроения на основе использования иностранного опыта;
• определить организационно-экономические условия создания регионального ВПК с замкнутым циклом производства в условиях сужения кооперационных производственных связей танкостроительных предприятий Сталинграда в 1941–1942 гг.;
• проанализировать организационно-экономические, производственно-технические мероприятия по восстановлению базы танкостроения в Сталинграде в 1943–1945 гг.;

Появление новых средств вооружения (отравляющие газы, самолеты, танки) вследствие развития научно-технического прогресса потребовало от советского руководства начать перевооружение Красной Армии. В СССР реализовывалась идея создания предприятий «двойного назначения». В мирное время такие заводы должны были выпускать гражданскую продукцию и создавать опытные цеха по военному производству. В военных условиях все производственные мощности предприятия переходили на изготовление продукции оборонного назначения. На примере Сталинграда видно, как советское руководство организовывало выпуск оборонной продукции на предприятиях «двойного назначения». Ключевым моментом здесь явилось создание крупных региональных военно-промышленных комплексов, способных наладить массовый выпуск боевой техники. Локализация производства позволяла не только уменьшить транспортные расходы, но и повысить оперативность управления. На основании созданной системы региональных военно-промышленных комплексов СССР смог в условиях начавшейся войны оперативно произвести перевод промышленности на военные рельсы. С марта 1942 г. СТЗ и завод № 264 непрерывно увеличивали темпы производства и достигли наибольшего выпуска продукции в мае 1942 г. Но к этому времени стало ясно, что лёгкие танки Т-60, имевшие противопульное бронирование, несли слишком большие потери от огня противника. В связи с этим постановлением ГКО в июле 1942 г. выпуск Т-60 на заводе № 264 прекратился, а оборудование было отправлено в г. Барнаул на завод № 77 (Алтайский тракторный завод). Сталинградские предприятия концентрировались на выпуске среднего танка Т-34.

Сталинград в первый период Великой Отечественной войны являлся одним из важнейших центров танкостроения в СССР. В 1941 г. доля СТЗ в общесоюзном производстве танков Т-34 составила 50,7%, а в 1942 г. – 20%; доля завода № 264 в выпуске легких танков в 1942 г. – 14%. Помимо количественных характеристик автор рассматривает и качественные. В 1942 г. советская сторона послала на Абердинский полигон (центральный испытательный полигон бронетехники в США) один средний танк Т-34 и один тяжелый танк КВ. По данному вопросу американцы в своем отчете отмечали следующее: «… броневые плиты имеют неглубокую поверхностную закалку, тогда как основная масса броневой плиты представляет собой мягкую сталь… Сварка броневых плит чрезвычайно грубая и небрежная… преступно плохой воздухоочиститель на танке Т-34… только саботажник мог сконструировать подобное устройство… испытания на полигоне и в лаборатории показали, что воздухоочиститель вообще не очищает воздуха…». Данные отечественных комиссий(материалы ГАВО) также отмечают серьезные дефекты дизель-моторов: при этом «разнохарактерность этих дефектов и, подчас, их полная неожиданность, свидетельствовали о низкой трудовой дисциплине в цехах дизельного производства, «в отдельных случаях приобретающих характер уголовного преступоения» (цит. по : Баженов, А. Ю. Организационно-экономические основы создания и развития бронетанкового производства в Сталинграде (1930–1945 гг.) / Баженов Александр Юрьевич : дис. … канд. экон.наук : 08.00.01. – Волгоград, 2010. – с. 88 – 90). Снижение качества продукции позволило советской промышленности достичь колоссальных объемов выпуска бронетехники в годы войны. Это была вынужденная мера, правительство видело порочность данного решения, однако постоянное увеличение планового задания в условиях нехватки квалифицированных кадров не оставляло другого выхода.

В диссертации рассматривается процесс восстановления бронетанкового производства в Сталинграде в 1943–1945 гг. В заключении автор делает вывод о том, что в Сталинграде в 1930 – 1945 гг. был создан региональный военно-промышленный комплекс по производству бронетехники. Была сформирована мощная производственная база, позволяющая обеспечить массовый выпуск военной продукции даже при определенной доли диверсификации производства. Существующая система подготовки кадров в городе с успехом обеспечивала потребности предприятий в специалистах всех уровней. Была сформирована собственная конструкторская школа, обеспечившая в послевоенный период передовые позиции сталинградских предприятий в выпуске некоторых видов бронетехники (боевые машины десанта).